запрещенное

искусство

18+

31.10.1941, Запрещенное искусство

Орлов Борис, художник

 

Борис Константинович Орлов - современный художник, один из основоположников соц-арта. Работает с имперским мифом.

 

Родился в 1941 в г.Химки Московской области.

 

О своей творческой биографии рассказал для журнала "Искусство" Виталию Пацюкову.

 

В 1957 "я пришёл в Дом Пионеров на улице Стопани и познакомился там с Приговым. Познакомившись с Приговым, мы с первого взгляда поняли, что собеседники друг для друга, стали после занятий гулять, разговаривать, сочинять стихи коллективно. Ну и, кроме того, мы вместе читали, обсуждали прочитанное, образовывались".

 

В 1960—1966 учился в МВХПУ (отделение монументально-декоративной скульптуры) у Г. А. Шульца.

 

МГХПУ им Строганова, 1961 год. А.Ершов, А.Волков, Б.Орлов, Д.Пригов

 

"Мы учились во времена хрущёвской «оттепели», шло бурное вторжение западного искусства, и было видно, кто на что ориентировался: кто на западное искусство, кто на советских художников. В Строгановке происходил раздел. Параллельно с нами учились ребята, ставшие элитой современного искусства: Франциско Инфантэ, Комар с Меламидом, Иван Николаев, Иван Казанский… У последних, правда, была своя тусовка. А наша группа — Инфантэ, Комар и Меламид и всё скульптурное отделение. Я с Приговым, потом поступили Лёня Соков и Саша Соколов. Косолапов через три года после нас пришёл. Мы сдружились".

 

"В Строгановке, естественно, классическая философия, «Эстетика» Гегеля, Шопенгауэр и Фрейд. Потом, уже в конце 1960-х, Пригов ходил в библиотеку ИНИОНа и всё, что мог, прочитал по классической философии и увлёкся русской. Тогда мы открыли для себя Бердяева. Он был первый, через кого я познакомился с экзистенциализмом. На пластику влияло тем, что, благодаря Бердяеву, Шестову и потом Пиаме Гайденко, которая перевела Хайдеггера, мы осознали феномен личного… Тогда, конечно, все увлекались экзистенциализмом как полоумные. Это увлечение было и в кругу Кабакова".

 

Принимает участие в выставках с 1969 (Выставка молодых художников. Дом художника на Кузнецком мосту, Москва).

 

Д.Пригов, Б.Орлов, А.Ершов

 

С Соковым и Косолаповым

 

В 1966-1970 работал вместе с Леонидом Соковым и Александром Косолаповым в одной мастерской.

 

"В 1966-м озаботились идеей снять мастерскую. У Лёни Сокова были какие-то знакомые в районе Щукинской, площади Курчатова. Тогда Союз художников оказывал покровительство только что окончившим студентам художественных училищ. Я обратился в СХ, мне всё оформили, и я получил эту мастерскую. Соков, Косолапов и я тут же её заняли. C этого момента наш дружеский союз стал ещё и творческим.

 

Борис Орлов. Хоккеист. 1968-1971. Терракота, металл. Размер:25х15х10

 

Мы там экспериментировали, ещё ни про какой соц-арт не думали. Ходили по художникам… И к Кабакову ходили… Обсуждали то, что видели. Ну, и эта французская выставка знаменитая — «От Родена до наших дней». Там шли лекции французских художников, показывали фильмы, и музыка была современная. Мы на свои занятия не ходили, всё сидели там, слушали. Фактически у нас был маленький университет по современному западному искусству. Так формировалась группа. В мастерской во 2-м Щукинском я проработал до 1972 года. Туда ходил регулярно Пригов. Хотя он в своей книжке говорит, что после окончания Строгановки порвал с искусством и ни с кем не общался — это неправда, потому что он всё время пасся у нас в мастерской. Лепил с нами, читал свои стихи, мы их обсуждали. Евгений Барабанов заходил, Саша Юликов, ещё кто-то. В общем, кружок складывался. И даже когда ребята получили свои мастерские, наши встречи продолжались достаточно активно".

 

"Году в 1969-м мы с Косолаповым поехали в Дом творчества скульпторов в Переславле-Залесском и там познакомились с Игорем Шелковским и Ростиславом Лебедевым".

 

Борис Орлов. Голова И.Шелковского. 1969. Папье-маше, дерево, эмаль. Размер:41х23х16


"В 1970-м Шелковский получил мастерскую, и мы всем кругом — Лебедев, Пригов, я, Косолапов тоже частенько заглядывал — тусовались у него в Просвирном переулке".

 

Три фигуры в пространстве. 1971. Терракота. Размер:45х67х25

 

Борис Орлов. Император. 1971. Терракота, свинец. Размер:37х18х22

 

 

На Улице Рогова

 

В 1972-88 Орлов имел мастерскую на улице Рогова, 13, где работали также Дмитрий Пригов и Ростислав Лебедев.

 

Дмитрий Пригов, Борис Орлов, Ростислав Лебедев. 1976

 

"В 1972-м году я переехал на Рогова, 13. Пригов тогда служил в Главном Планировочном Управлении. Ему там надоело, и однажды я предложил ему перебраться в мою мастерскую. С этого момента мы, по сути, встречались каждый день. Лебедев чуть погодя переехал по соседству".

 

Борис Орлов. Двое в пространстве. 1973. Терракота. Размер:32х40х12

 

"В 1974-м, когда московская художественная общественность наконец-то вылезает из подполья, начинается публичная жизнь. После Беляева, после Измайлова, после квартирных выставок, которые организовывает Рабин, мы начинаем оценивать, что происходит в Москве. Мы видим, что в Москве переизбыток вертикали, все думают о Боге, и считаем, что нужно разрывать эту герметическую линию… Нужно вырываться на поверхность. Думать-то думали, но как это сделать?

 

Надо преодолеть вертикаль и выйти в горизонталь…

 

Борис Орлов. Художник и модель. 1973. Эпоксидная смола, ткань. Размер:65х80х23

 

Что надо выйти в горизонталь, мы с Приговым прекрасно понимали. Мы каждый день обсуждали эту проблему, и ведь нужно было обсуждать… Для заработка брали какие-то работы в Художественном фонде, и тут постоянно обсуждали… В один прекрасный день Пригов говорит: «А что это за такое раздвоение, давай объединим то, чем мы в комбинате занимаемся, и то, что мы делаем как свободные художники». Надо ключик найти, как это перевести. Стали пробовать. И на повестку вышла проблема языка, необходимость выразить определённым образом эту новую целостность.

 

Борис Орлов. Бюст в духе Растрелли (фрагмент).1973-1974. Дерево, оргалит, металл, холст, эпоксидная смола, эмаль. Размер:246х160х70

 

Первый термин у нас родился такой — «полиязык». Как по Хайдеггеру, был профанный язык и истинный, мы решили профанные языки реабилитировать. А что для этого? Как не смешаться с этим языком? Здесь вторая задача была. Мы придумали метапозицию, которая позволила нам стать как бы сценографами этих языков, — языки стали материалом в нашей тотальной сценографии.

 

Без названия (мебельные ножки). 1974. Ассамбляж. Размер:87х73х19

 

И главное совпало: что мы придумали и что по соседству придумали Комар с Меламидом — вторжение тотальной сценографии в художественный язык. Мы слышим, что в мастерской Комара с Меламидом — некий соц-арт. Он даже не делается, а группа называется — «Соц-арт».

 

Иконостас. 1974-75. Композиция, состоящая из 4х частей: верхний планшет «Герои - моряки, герои - пехотинцы и герои - летчики», 24х11х82,5, «Чапаев и Анка», 82,5х11х24, «Тракторист» 48х54,5х20, «Трактористка», 48х54,5х20, дерево, металл, гипс, бумага, золотая и серебряная краска.

 

Мы познакомились с их манифестом, где они делают упор на соцреализм, ну а, поскольку мы занимались в Художественном фонде, мы сделали упор на агитпроп. Но не как на единственный материал, а как на один из языков, с которым можно вести диалог… Мы читаем высокую литературу, но читаем и агитпроп, идеологические тексты в газетах — и это всё разные языки. И всё это мы запускаем на одну сцену: первые приговские пьесы. В изобразительной пластике я начинаю смешивать разные жанры в одном. Что было в глазах моих товарищей по цеху святотатством. Они занимались чистой скульптурой, у них был ригоризм страшный, всё должно быть скульптурно. Многие посмеивались над тем, что я делаю. А я делал вид, что работаю с масками — классическими причём, Цезаря, Венеры. Такой вопиющий объём, и тут же, рядом, его сочетают с графикой! Что за жанр, непонятно. То ли агитпроп, то ли икона… С этого момента я начал такую многостилистику, которая даже меня немножечко пугала тогда. Все кругом говорили про чистоту стиля, а тут чистота стиля нарушалась категорически, и надо было отстаивать свои позиции. Многоязык, многостилие — это был принцип нашей «Улицы Рогова», который тут же поддержал Лебедев.

 

А в 1974-м, когда начало это многоязычие разыгрываться, Лебедев подселился по соседству. К нам заходил Косолапов, который был связующим звеном с кружком Комара и Меламида. Мы ходили к Лёне Сокову, который тогда увлёкся поп-артом, делал свои рубашки, замки ковал… Все мы друг дружку поощряли, теоретизировали, и кружок, который условно я по-прежнему называю «Улица Рогова», состоял из этой группы художников. Мы образовывали очень плотный круг общения. Разве что Шелковский не разделял наших многостильных устремлений, его-то позиция была позицией единства стиля".

 

"Начиная с 1974 года, когда художественная жизнь стала публичной, это уже не просто посиделки, а партийные бдения. Если использовать «соц-арт» как более поздний термин, объединяющий группу художников, можно сказать, что это были соц-артные бдения".

 

Борис Орлов. Рабочий и Колхозница. Аллея героев. Вариант 2. (Фрагмент). 1975-1989. Фотобумага, черно-белая печать, эмаль

 

"1974-й был годом языковой революции. Она, может, началась чуть раньше в мастерской Комара и Меламида, но резонанса не имела. В 1974-м произошла девальвация духовности и этой вертикали. Тогда на выставках и во всех московских мастерских было одно и то же. Мешанина из духовного искусства заполонила всю Москву. И поэтому, я думаю, во многих мастерских происходил переворот, искали возможности преодоления этой материи духовного… Вот что такое революция: когда во многих точках происходит поиск нового одновременно".

 

"Внутренность у меня не сакральная. Я же не говорю: «истина — это я». Я вообще себя за скобки вынес. А Булатов, по-моему, до сих пор остаётся внутри текста. У нас принципиально было, что мы вышли в многоязычие. Кабаков говорил ещё: «Не боитесь ли вы «особачиться», Дмитрий Александрович, говоря на собачьем языке? Нельзя на собачьем языке говорить! Надо говорить на своём, на сакральном языке». Собачий язык можно использовать, но только если он противопоставлен сакральному, и зритель чётко понимает, где автор, а где собачий язык. У Кабакова существует его личное обращение к мухе на соответствующем лексиконе: «Куда ты, б…дь, с…а е…..я, летишь?»…

 

Нет, это не личное. Это тоже трансплантация, перенесение своего в чужое. Ведь он же не говорит этими языками, он их как бы подслушивает. Его личное — сцена. В этом смысле Кабаков, конечно, больше сценограф, как и Пригов. Но он, в отличие от Пригова, показывает: «Смотри, что за грёбаный язык! Это же не язык, а уродство сплошное, собачатина…Чёрт знает что!». Ни у Пригова, ни у меня разделения на профанное и сакральное нет. Мы реабилитировали все языки. У нас другое: мы представляем, представляем спектакль".

 

"Первая попытка выхода художников — беляевская выставка 1974 года, которую устроили Рабин и Комар с Меламидом. Потом в Измайлове продолжение. В конце того же года Рабин сделал свою первую квартирную выставку. А в 1975-м была выставка в «Пчеловодстве». И тут же следом ещё квартирная выставка Рабина. Летом 1975-го идёт выставка в Доме Культуры ВДНХ, и мы видим ростки нового. Уже «Гнездо» там сидит, новые тенденции… А в «Пчеловодстве» один Юликов немножко отличался своим минимализмом. Остальные пока — та самая «духовка», от которой нужно было оттолкнуться. Если были предвестники революции (Рогинский, Комар с Меламидом), то с 1974-го мощный взрыв происходит. Начинаются идеологические обоснования того или другого. Вот акция «Сожжение Энди Уорхолла» (1974) — это же манифестация, что мы перестаём подражать Западу. Мы понимали, что делать надо что-то другое. Поп-арт воспринимался только как творческий метод, не более. И поэтому мы были свободны от стилистического влияния и тематического. Как только мы оглянулись, то увидели, что пейзаж необъятен. Этим можно заниматься. Тем более, что все осознавали, что материал наработан, весь в руках. Нужен был ключик".

 

"Косолапов весь 1975 год проработал очень активно и сделал свои поп-артистские, пред-соц-артистские вещи: «Сашок, ты будешь пить чай?», «Бутылка с кефиром», «Учись, сынок!»

 

Но в 1975-м уезжает Косолапов, в 1979-м — Лёня Соков. Круг начинает рассыпаться".

 

С 1975 Орлов — член Союза художников СССР.

 

Борис Орлов. Аллея героев. 1975. Смешанная техника

 

В 1976—1986 — один из организаторов регулярных вечеров и легендарных однодневных выставок в Клубе скульпторов в Доме художника на Кузнецком мосту.

 

Борис Орлов. Матрос. 1976. Дерево, эмаль. Размер:184х61х29

 

"В 1976-м году мы познакомились с Риммой и Валерием Герловиными и тесно общались.

Но они были самостоятельными, требовали своей суверенности…

Да, они в наш круг не хотели втусовываться…

В оппозиции находились…

Принципиально не хотели втусовываться, но очень доброжелательно относились к тому, что мы приходили к ним. Завлекали нас в свои сети, потому что ориентировались на «Флюксус»… Хотя «Флюксус» очень близок нам по стилю, по комбинаторике. Герловины внедрили в наше сознание слово «концепт», до них никто его даже не произносил. Хотя сейчас и говорят, что первые концептуалисты — это группа Монастырского, это неправда. Первые были Римма с Валерой".

"(У нас) начинается перегруппировка, «Улица Рогова» становится «Улицей Рогова». В это время уже ходят только к нам в мастерскую. В наш подвал, как в место, заряженное определённой идеологией, ходили Эрик Булатов, Сева Некрасов. Мы стали обрастать единомышленниками. Такими, как Володя Сорокин, Лев Рубинштейн. Семён Файбисович у нас появляется, Гриша Брускин. Мало того, заражаются нашей заразой художники достаточно далёкие. Такие, как Лёня Пурыгин — вдруг у него возникает интонация, идущая от «Улицы Рогова», или Аркадий Петров, когда он свою «Донбасскую серию» писал. Наташа Турнова, Володя Куприянов".

 

Борис Орлов. Динамовка. Вариант 2. 1978. Дерево, эмаль. Размер: 76х100х33

 

"Легализация (выход из подполья) нашей с Приговым деятельности началась с 1979 года, когда мы сделали в мастерской на Рогова неделю открытых дверей. Объявили друзьям, что все могут приходить в любое время, устроили выставку. Сначала появлялись только знакомые, потом люди повалили валом. Мы чувствовали, что есть потребность… Это была наша первая широкая общественная акция.

 

Борис Орлов. Национальный тотем. А. С. Пушкин в маршальском мундире. 1982. Фотобумага, ч/б фотопечать, эмаль.

 

Вторая — однодневные выставки в Союзе Художников. Это неподцензурные выставки были, мы там ещё устраивали семинары. Вовлекали молодых ребят — Николая Овчинникова, художников круга Вадима Захарова. Естественно, показали стариков: Кабакова, Чуйкова… Потом, когда появилась возможность выставляться на Каширке, мы весь круг туда и перевели. Мы вместе сделали выставку на Каширке. Это было как бы завершение…  Я думаю, «Улица Рогова» заканчивается на Каширке".

 

Перестройка

 

"Потом началась перестройка, я переехал на Масловку, Пригов начал гастролировать по заграницам, Слава Лебедев свою мастерскую тоже где-то завёл".

 

В 1987 Орлов — один из организаторов Первого творческого объединения московских художников.

 

1988 , 98

 

Орлов и Пригов в Италии. 1989

 

В новой России

 

Был одним из первых художников, предчувствовавших в 90-х возрождение самодержавия.

 

Борис Орлов. "Парад астральных тел", 1994

 


Борис Орлов. Сталинский ампир. 1995. Пять частей. Фарфор. Размер:40х16х9 (каждая часть).

 


Борис Орлов. Из серии "Утилизация отходов". 1997. Фотоколлаж. Размер:43х30

 

Борис Орлов. Из серии "Архитектура с излишествами". 1997. Фотомонтаж. Размер:50х60

 

Борис Орлов всегда серьезно интересовался творчеством более молодых художников. "Вот Кулик пришел ко мне совсем сырым, он тогда литературой занимался. Потом он снял мастерскую, и я увидел такое количество работ — разных, дерзких и — извините за неприличное слово — талантливых. Когда я мастерскую Виноградова и Дубосарского посетил, где они делали свою первую серию, то испытал культурный шок и надежду. Москва тогда была забита концептуализмом — считалось, что это просто. И вдруг появляются художники, которые берут на себя дерзость противостоять общей моде. Я вернулся домой и даже выпил водки — так переволновался, позвонил Дубосарскому ночью: «Вы будете могильщиками концептуализма». С «Синими носами» часто общаюсь. С Полисским задружился. Когда увидел его первые вещи, был настолько воодушевлен, что просто обрушился на него. Сашу Бродского люблю, его инсталляцию с умирающим городом считаю лучшей вещью 90-х".

 

Борис Орлов. «Ведьмин круг». Инсталляция. 2010. Дерево, гипс, картон, эмаль. Размер:220 х 300 х 300 см

 

Сопровождающий текст: "Бродя по глухому лесу, можно внезапно столкнуться со странным явлением. Бледные, полупрозрачные грибы растут вереницей точно по идеальной окружности. Размеры окружности варьируются от малого до огромного. "Ведьмин круг" зовется это явление в народе. Считается, что место это заколдованное, и человек, ступивший на это место, уже не может из него выбраться и обречени ходить кругами, раз от разу возвращаясь на то же место".

 

 

Ссылки

Борис Орлов в Википедии

В Арт-кладовке

В "Артсалоне"

События

  • 1998. Юный безбожник. Тер-Оганьян
  • 2010-2011. Хуй в плену у ФСБ и премия Инновация
  • Источники

  • Радио Свобода, Алек Эпштейн: Арт-активизм нон грата
  • Эхо Москвы: Современное искусство как политическая акция
  • РНЛ: За проектом «дома новой культуры» стоит секта каббалистов
  • Право послать: почему власть боится употребления мата
  • Трассу «Нюрбургринг» закрыли из-за 10-метрового пениса
  • Марат Гельман: «В России духовность - это канон, мертвечина, а любой поиск – грех»
  • Лента ру: Арт-группа «Война» переехала в Италию
  • Украинские левые о "Войне": Диагностировано новое заболевание. Марксизм головного мозга (МГМ)
  • Михаил Пиотровский: Провокация без искусства
  • Андрей Великанов: Требуется художник с ЧЮ без ЧСВ
  • Топ-10 самых значимых произведений искусства последних пяти лет
  • Група Война разоблачает Петра Верзилова (с комментарием Александра Володарского)
  • Дождь: "Инновация" без члена, Pussy Riot и политики
  • Егор Холмогоров: ружье которое не выстрелило
  • Егор Холмогоров: Упраздненное искусство, или о транспарентности
  • Фильм про знаменитую акцию арт-группы "Война" покажут на Берлинале
  • Дождь-ТВ: Министр культуры Авдеев уйдет в отставку из-за любви к арт-группе «Война»
  • "Хуй в плену у ФСБ" и "Московские выборы"
  • "Ебаные империалистические свиньи!". Дискуссия о "Войне" в Праге
  • Анатолий Осмоловский: О группе «Война» и не только о ней
  • Екатерина Деготь: Искусство и государство
  • Илья Глазунов: Половой орган на Литейном мосту - двойное кощунство
  • Бой Ёбнутого с Лосём! Супергерой Леня Ёбнутый вышел из подполья! Наш Президент снова с нами!
  • "Если завтра "Война"
  • Член на Литейном нарисовали назло ФСБ
  • Новая акция группы "Война": 65-метровый фаллос нарисовали напротив здания ФСБ в Петербурге
  • Фаллос на мосту как политический ход
  • Рассказ Лени Ёбнутого о своем участии в акции на Литейном, задержании и суде
  • "Инновации" объявлена "Война"
  • Плуцер - ГЦСИ. Благодарность экспертам. Документ
  • Плуцер - ГЦСИ и экспертам об Инновации. Документ
  • ГЦСИ - Плуцеру о выставке номинантов. Документ
  • Антон Котенев: Пара замечаний о нравах "питерских"
  • Андрей Макаревич: Песни о любви
  • Алексей Плуцер-Сарно: ''Мы показываем власти зеркало и фаллос''
  • Разговор с экспертами о приговоре организаторaм выставки «Запретное искусство »
  • Леонид Николаев – о подпольной жизни группы "Война"
  • Активисты арт-группы "Война" могут вновь попасть под арест
  • Андрей Ерофеев о фаллосах, иконах и другом запрещенном искусстве
  • Анатолий Ульянов: Плуцерпутин-войнаюгенд
  • "Война" финансово поддержала арестованных активистов Манежки
  • Премию "Войны" потратили на бездомных детей и политзеков
  • "Война": Мы не прикасались к деньгам премии «Инновация»
  • Арт-группа "Война" забрала призовые деньги "Инновации"
  • Деятели культуры о группе "Война": Ольга Свиблова
  • Деятели культуры о "Войне": Александр Панов
  • В плену у трех букв
  • Юрий Володарский: Фаллический символ борьбы. Интервью с Алексеем Плуцером-Сарно
  • Политика другими средствами
  • Марат Гельман: Искусству важно быть безответственным
  • Редактор сайта и автор справочных материалов - Анна Бражкина. annabrazhkina.com