запрещенное

искусство

18+

27.05.1998, Запрещенное искусство

1998. Нападение на Архипова в Орле.

В конце мая 1998 в городе Орел избит и ограблен милицейским нарядом художник Владимир Архипов. Эти действия милиции, как потом оказалось, были местью за недавнюю презентацию в Орле "Школы современного искусства" Авдея Тер-Оганьяна.

 

ПОДРОБНОСТИ

 

Презентация "Школы"

 

27 мая 1998 Андрей Ерофеев, Авдей Тер-Оганьян и пятеро учеников "Школы современного искусства" Тер-Оганьяна провели презентацию "Школы" в Орловском музее изобразительных искусств (дир. - Маргарита Бушуева).

 

Музей изобразительных искусств г. Орел

 

Презентация Школы была одной из частей программы "Современное искусство для крупных региональных музеев", которую реализовывал Орловский музей при поддержке Фонда Сороса.  Основным партнером орловской институции выступил отдел новейших течений столичного музея "Царицыно" (рук. - Андрей Ерофеев).  Куратором орловской программы была Зинаида Стародубцева.

 

На презентацию Школы Тер-Оганьяна, как пишет Максим Белозор из газеты "Сегодня", "собралось человек семьдесят - журналисты, интеллигенция, студенты. Ерофеев прочел лекцию, после чего Тер-Оганьян представил свои проекты. Сначала три девушки и два молодых человека, приехавшие вместе с Тер-Оганьяном, продемонстрировали, что должен уметь современный художник: прыгали через скакалку, ползали под стульями, плевали в зрителей жеваной бумагой, показывали обнаженные попы и кричали "Хайль Гитлер!". Потом был показан фильм "Вон из искусства!", в котором ученики Тер-Оганьяна "низвергали авторитеты" с использованием нецензурных выражений.

 

Но едва с экрана зазвучал мат, как часть зрителей вскочила с мест и с криками "безобразие!" стала покидать зал. В этот момент Маргарита Бушуева попыталась прекратить выступление, но более прогрессивные коллеги остановили ее.


А зря. Самый-то ужас случился, когда Тер-Оганьян показал перфоманс Олега Кулика - разделся догола и на четвереньках, в собачьем ошейнике выскочил перед обалдевшей публикой. Он рычал, лаял, укусил за ногу какого-то мужчину и порвал зубами юбку какой-то женщине. После этого зал покинула большая часть оставшейся публики".

 

Местная пресса описывала происшедшее в самых возмущенных тонах. Однако, за пределы Орловской области скандал не вышел. Единственным исключением стала небольшая статья в московской газете "Сегодня".

 

Визит Владимира Архипова

 

Между тем, орловский проект задумывался как серия презентаций. Через несколько дней в Орел приехал очередной запланированный автор - художник Владимир Архипов.

 

 

Ничего эпатажного в его творчестве Архипова нет. Напротив, долгосрочный проект Архипова был и остается одним из самых демократичных и трогательных на всей московской сцене. Владимир работал (и работает), по самоопределению, с "современной материальной культурой". А именно - приезжает в какой-нибудь город, знакомится с населением и находит у него интересные самодельные вещи - чаще всего инженерные поделки из подручных материалов, решающие насущные хозяйственные задачи владельцев. Часто такие вещи отличаются большой художественной выразительностью, превращаясь, по мнению Архипова, в произведения искусства. Подготовка вещи к выставке состоит из записи ее истории от непосредственного создателя и фотографирования автора и его произведений для базы данных по современной материальной культуре. Потом из найденных вещей в музее устраивается выставка. После выставки вещи возвращаются владельцам.

 

Вещь из базы данных Владимира Архипова

 

Рассказ Архипова о его визите в Орел у нас опубликовал впервые, поэтому приведем его тут почти полностью.

 

"Поезд из Москвы приходил в Орел рано - в пять или шесть утра. Зина должна была поселить меня у каких-то людей, но мы решили не будить этих людей в такую рань, а пару часов погулять по городу. Идем по берегу Оки. Я говорю - мне надо в кустики сходить. Там росли ивовые кусты вдоль берега.

 

Зашел я в кусты, и не успел ничего сделать, как слышу - кто-то идет в мою сторону сквозь кусты. Цель у меня была интимная, и я решил от него отдалиться. Пошел в сторону. Но он за мной. Я ускоряю шаг - и он ускорят. Я остановился - и он остановился. Думаю, пора уйти из этих кустов. Выскочил на набережную, где Зина стояла. И в этот момент мне кто-то кричит из кустов - стой! стоять на месте!

 

Смотрю, рядом с Зиной стоит милицейский уазик. И два или три милиционера. И еще один выскакивает за мной из кустов. Сбивает меня с ног, тычет лицом в землю, заламывает руки - типа я ему сопротивление оказал.

 

Зинаида Стародубцева, сотрудница ГЦСИ, защищает художников на Международной конференции "Современное искусство и табу", 30 октября 2007, Сахаровский центр, Москва

 

Я обращаюсь к Зине: "Зин, ты объясни им". Но Зина делает вид, что мы не знакомы. Поворачивается и уходит. Думаю - ну ни фига себе, я в этом городе никого не знаю, лежу мордой в землю, Зина смылась, что будет?

 

А менты говорят: сейчас мы на тебя протокол составим! - За что протокол? Что я сделал? Я в кусты зашел, пописать. За кого вы меня приняли?

 

- А ты кто такой?

 

- Я - художник. Из Москвы. Только сейчас на поезде приехал.

 

- Художник?!! Из Москвы?!!

 

И опять меня лицом в землю.

 

- Мы художников из Москвы знаем! Только что одних на поезд посадили! Сейчас и с тобой разберемся!

 

И я понял, что зря сказал про художника и Москву.

 

- Вытряхивай свое барахло!

 

У меня был с собой небольшой рюкзачок, в нем - фотоаппарат и диктофорн для работы, немного денег. Все это они забрали. На мое требование отдать вещи обратно, пригрозили, что если буду выступать, то у меня еще и порошочек беленький найдут. И показали мне пакетик с порошком.

 

Из четверых милиционеров единственный, самый младший по званию, сержант, водитель, был трезвый. А капитан и старший лейтенант, которые хотели со мной разделаться во что бы то ни стало, были сильно пьяные. Какой-то разговор у нас с ними затеялся. Ну знаешь, как с пьяными людьми разговаривать, тем более с милиционерами. Тягучая и отчаянная была ситуация. Я что-то врал, увещевал... Говорил, что у меня брат в милиции работает, что он в погранвойсках служил, что он в Рязани училище заканчивал. Оказалось, что кто-то из них то ли служил там, в Рязани, то ли учился. Короче, отстали они в конце концов, сели в машину и уехали.

 

Стал я вспоминать адрес Зины, и вспомнил. Пошел в город, нашел ее квартиру. Звоню. Дверь открывает она. Спрашивает, как ни в чем ни бывало: "Ну что, все нормально?". Я дар речи потерял. Я меня ухо и нос разбиты, деньги и рабочие инструменты отняли...

 

Но я переборол свои сложные чувства к этой Зине - презрения, возмущения, обиды, злости, - и говорю: - Ну что, Зин, давай делать то, зачем я сюда приехал. Только у меня теперь нет ни фотоаппарата, ни диктофона. - О, на это у меня как раз деньги есть! - отвечает Зина. Мы идем в магазин, и покупаем фотоаппарат и диктофон.

 

Несколько дней я работал, нашел людей, которые делают интересные вещи, взял с ними интервью, сфотографировал. Но до выставки дело так и не дошло. Как потом выяснилось, после того, как Авдей снимал штаны с учениками на глазах у администрации города, ни о каких выставках или презентациях в рамках этого проекта речь уже ни шла. Может, в соответствии с соросовским грантом, в Орел и приезжали еще какие-то художники из Москвы, а, может, и нет. Ни о какой итоговой выставке я не слышал.

 

Как я сейчас понимаю, Зина эта была совсем неопытная. Хотела начать с самого крутого проекта - вот, мол, приехали эпатажные московские художники! Все как посмотрят, и как захотят еще такого искусства... Но получилось ровно наоборот - и публика, и начальство это искусство возненавидели. Может, скандал и нужен был, но в конце, после показа более умеренной программы. Но Зина эта была младшим научным сотрудником, ничего ни в людях, ни в искусстве не понимала.

 

А произведения из Орла у меня в каталоге представлены. Интересные вещи".

Преследуемые

  • Тер-Оганьян Авдей, худ-к, Л-активист
  • Обвинители

    Защитники

    Источники

  • Орел оказался не готов к встрече с авангардом
  • Владимир Архипов о нападении на него в Орле
  • Редактор сайта и автор справочных материалов - Анна Бражкина. annabrazhkina.com