запрещенное

искусство

18+

15.05.2013, Право ру, Светлана Меркулова

"Он просто хочет, чтобы все разом заткнулись"

Коммерческие предприятия в помещениях Храма Христа Спасителя вновь оказались в центре судебного процесса, а его участники подискутировали о том, как следует трактовать слово "афера", можно ли считать допустимым доказательством лингвистическую экспертизу, проведенную по искаженному тексту, и является ли ожидание обвинений признанием в клевете.

"Он сидит еще с момента строительства. Раньше, по моей информации, он сидел на денежных потоках, которые выделялись на строительство. После этого он заслужил доверие определенных лиц, и его поставили распоряжаться всем имуществом комплекса. То есть это достаточно масштабная и серьезная афера", — так говорил глава общества защиты прав потребителей "Общественный контроль" Михаил Аншаков об исполнительном директоре Фонда Храма Христа Спасителя Василии Поддевалине в интервью "Новой газете", которое было озаглавлено "Изделие освящено. Обмену и возврату не подлежит".

 

Поддевалин посчитал это клеветой и предпринял вторую попытку засудить Аншакова за критические высказывания, теперь уже по новой ст.128.1 УК РФ. Первая закончилась неудачей — в октябре 2012 года мировая судья 350-го участка Светлана Лысенко прекратила за отсутствием состава правонарушения производство по двум административным делам, возбужденных еще по ч.3 ст.5.60 КоАП. Тогда Поддевалин оскорбился из-за статьи на сайте "Общественного контроля", где упоминается обращение общества в прокуратуру и к московским властям с просьбой проверить "факты нецелевого использования помещений и средств, выделяемых из городского бюджета Фонду ХХС".

 

Ключевой пункт обвинений "Общественного контроля" в адрес Поддевалина заключается в том, что помещения храма используются для коммерческих операций, причем подозрительных. По словам Аншакова, все началось с жалоб граждан. Ему "поступил сигнал", что в ХХС имеются торговцы, продающие предметы культа без ценников и кассы — ОЗПП отправилось туда с проверкой, а потом в Хамовнический суд с иском. Но тот в июле 2012 года нарушений закона о защите прав потребителей не обнаружил, а осенью его поддержал Мосгорсуд.

 

- Вы пользовались когда-нибудь услугами Храма Христа Спасителя? – спросил сегодня прокурор (Валерий) Геворкян Аншакова во время заседания в судебном участке №417, где председательствовала Дина Гусакова.

 

- Храма как религиозной организации или бизнес-центра? Покупал какие-то сувениры и все.

 

- К вам обращались с жалобами потребители?

 

- Да. Те, кто приобретал ювелирные изделия, жаловались на их качество. Например, на золотых украшениях не соответствовала действительности проба. Но сдать они ничего не могли. Там ссылались на то, что якобы окропление святой водой выводит товары из закона о защите прав потребителя.

 

Противная сторона называет слова Аншакова клеветой, во-первых, на том основании, будто он загодя знал, что его могут обвинить в клевете. Во-вторых, потому, что использование слова "афера" фактически является утверждение о факте — Поддевалин занимается мошенничеством. "Заключение судебной лингвистической экспертизы оценивает [эти] высказывания как негативную оценку в утвердительной форме, при этом ссылки на какой-либо источник информации отсутствуют. Это допустимое доказательство, на основании которого мы сделали вывод, что Аншаков назвал Поддевалина мошенником", — говорил сегодня в прениях прокурор.

 

Впрочем, порядок работы эксперта вызвал вопросы со стороны участников процесса. "Мы на прошлом заседании услышали от Аншакова и его защиты, что в экспертизе текст отличается от фактически имеющегося текста интервью на сайте", — напомнил прокурор и предложил допросить эксперта Оксану Ванину. Судья этим обстоятельством заинтересовалась, и Ванину пригласили в зал.

 

- Аншаков говорит, что в вашем заключении искажен текст интервью. Что скажете? – спросил у эксперта прокурор.

 

- А в чем именно? Что нам дали, то мы и анализировали.

 

По информации представителей "Общественного контроля", тексты отличались очень сильно — слова имеют разные падежи, изменено число слов в предложениях, перестроены фразы.

 

- Ну, там, действительно, несколько отличается… — согласился прокурор и задал более конкретный вопрос: — Скажите, смысл текста, приведенного в вашем заключении, отличается от текста, представленного Аншаковым?

 

- Нет, они синонимичны, — ответила эксперт.

 

- Текст фрагмента вашего и нашего отличается на 66%, и вы говорите, что они синонимичны. Вы исследовали оригинал текста? – вступила в диалог адвокат Аншакова Роза Баршина.

 

- Нет, я исследовала копию, которую мне предоставили.

 

- Как вы делаете вывод о синонимичности?

 

- А я не делаю.

 

- А кто же дал вам текст? – спросил уже сам Аншаков.

 

- Отдел дознания.

 

- Фразы отличаются, — убедилась судья. — Почему вы поменяли слова?

 

- Я не меняла, — не сдавалась Ванина.

 

Затем все еще немного порассуждали о трактовке слова "афера". Истец по-прежнему расценивал его как обвинение в мошенничестве, а Аншаков говорил, что использовал его в значении "рискованное предприятие". Потом эксперта отпустили, судья объявила перерыв, после которого из зала исчез Поддевалин, оставив за себя адвоката Игоря Шабанова (позже тот так же поступил в прениях). А адвокат Баршина до завершения судебного следствия успела предъявить еще доказательство тому, что ее доверитель формировал свое представление о работе исполнительного директора Фонда ХСС на протяжении ряда лет, а это никак не походит под заведомо ложное сообщение присущее клевете. Доказательством этим было интервью Поддевалина журналу "Союзное государство" за 2008 год. В нем тот подробно рассказывал, какими видами коммерческой деятельности, вплоть до выпечки хлеба и услуг прачечной занимается его учреждение.

 

Баршина в прениях настаивала, что интервью является мнением и суждением Аншакова, а заведомость не доказана. "Как дознание установило [ее]? На основании того, журналист спросил Аншакова "Вас в клевете потом не обвинят?", а он ответил "обвинят", — возмутилась адвокат. Вновь она коснулась и экспертизы. По ее мнению это доказательство не соответствует требованиям относимости и допустимости – специалист исследовал несуществующий фрагмент интервью.

 

Прокурор предпочел зачитать подготовленный текст, однако в нем была и ссылка не сегодняшние события. "Истец нам сегодня пояснил, что все полученные деньги тратятся на нужды храма, никакие лица не получают материальный доход от деятельности фирм на территории храма… Строительство храма было завершено к 2000 году, а назначение Поддевалина состоялось в 2004 году и, как он сам пояснил, ранее он никак к храму не относился. Таким образом, Аншаков сознательно искажает факты", — проговорил Геворкян и попросил признать главу "Общественного контроля" виновным и "учитывая повышенную опасность", назначить ему штраф в 500 000 руб. (50% от максимальной суммы). Адвокат Шабанов оставил наказание на усмотрение суда, а Баршина и Аншаков настаивали на оправдании. "Жаловался он и на общество, но все попытки заканчивались ничем. Сейчас очередная попытка, которая объясняется личными неприязненными отношениями, Поддевалин хочет создать прецедент, чтобы никто не мог больше поставить под сомнение законность нахождения бизнес-центра в храме. Ведь не только я об этом говорю, просто мы предоставили документы, мы даже ходили и фотографировали все это коммерческое благолепие. Он просто хочет, чтобы все разом заткнулись", — считает глава ОЗПП.

 

Замолчать, кстати, его пробовали заставить не только с помощью обвинений в клевете. Каким-то образом в распоряжении Поддевалина оказались жалобы граждан, по сведениям которых Аншаков похищал иностранные гранты через фонд инвалидов "Перспектива". Глава Фонда ХСС уведомил об этом прокуратуру, но расследование закончилось ничем.


Право ру

Редактор сайта и автор справочных материалов - Анна Бражкина. annabrazhkina.com