запрещенное

искусство

18+

16.07.2010, Русский журнал, Виктор Милитарев

Виктор Милитарев: Дурновкусие – не преступление

От редакции. В последнее время современное искусство в России в самых разных проявлениях все более привлекает внимание общественности; фактически оно превращается в самую важную тему дискуссий. Одним из последних предметов спора стало дело экс-директора музея имени Сахарова Юрия Самодурова и экс-завотдела Третьяковской галереи Андрея Ерофеева, которых 12 июля Таганский суд города Москвы приговорил к штрафу за то, что они оскорбили чувства некоторых граждан РФ.

По данным следствия, на организованной Самодуровым и Ерофеевым выставке "Запретное искусство-2006", которая проходила с 7 по 31 марта 2007 года в Общественном центре на Земляном валу в Москве, демонстрировались произведения, содержащие "унизительные и оскорбительные изображения в отношении христианской религии и к гражданам, исповедующим эту религию". Русский журнал не остался безучастным к дискуссии и публикует точки зрения экспертов, придерживающихся разных взглядов на проблему. Своим мнением с РЖ поделился политолог Виктор Милитарев.

 


* * *


Если бы суд не был по 282-й статье, раз уж ее не отменили, чего бы я искренне хотел, то у меня к приговору имелись бы претензии, как к излишне мягкому. Я вовсе не придерживаюсь той точки зрения, которую высказывал мой друг Леонид Симонович-Никшич, что подсудимым Ерофееву и Самодурову следовала дать реальный срок. Меня бы удовлетворил и условный приговор. Но в нынешней ситуации я, несмотря на отвращение к 282-й считаю штраф слишком мягким, и вот почему.

 

Буквально полгода назад три года поселения дали черносотенному публицисту Константину Душенову. А сейчас судят молодого человека за «экстремизм», содержащийся в том, что на его майке было написано «Православие или смерть». Это чересчур. Я – не поклонник публицистики Душенова. В ряде вопросов она действительно, на мой взгляд, экстремистская. Хотя я всегда считал, что за слова судить неправильно. Но если Константину Душенову дали поселение за оскорбление национальных и религиозных чувств евреев, то за не менее и, я полагаю, даже более сильное оскорбление национальных и религиозных чувств русских, надо давать симметричный приговор. То есть, если приговор Душенова переквалифицируют и осужденного освободят с поселения и дадут ему вместо поселения штраф, а мальчика, которого обвиняют в том, что он носит футболку, просто освободят, тогда, конечно, и Самодурову можно давать штраф. Это первое соображение.

 

Второе соображение для меня более принципиальное. Оно касается позиционирования Самодурова и Ерофеева. Я – сторонник свободы слова, я – сторонник права людей на свободу критики. В том числе критики религии, которую я исповедую. Я считаю, что люди имеют право критиковать православие. В том числе в резкой и иронической, ернической форме. Государство не должно их за это преследовать, а мы должны это терпеть. Потому что иначе мы потеряем право на столь же резкую и грубую критику атеизма или ислама, на которую мы, безусловно, имеем право. Другое дело, что если наши чувства задеты, мы имеем полную возможность выразить наш протест в частной форме. Сделать копию этой картины и сжечь ее публично, сжечь какую-нибудь книгу. Я поддерживаю не все акции братьев Якеменко, но то, как они спускали в унитаз Сорокина, я считаю правильным по форме политическим протестом. Так и здесь.

 

Я считаю, что контрперформанс, который устроили по-моему не на «Запрещенном искусстве-2006», а на «Осторожно, религия» алтарники Храма Святителя Николая в Пыжах, был правильным и симметричным ответом со стороны православных. И, при этом, по всем критериям, применяемым к себе представителями совриска, является именно перформансом. Я уже давно настаиваю на том, что Симонович-Никшич - типичный художник-акционист. Он устраивает правые контрперформансы в ответ на левые перформансы совриска. Они маловысокохудожественные? Да. Но ничуть не хуже исходных. Уж такой вид деятельности. А то двойной стандарт какой-то получается. Как иконы топором рубить, корове под хвост заглядывать или икону икрой обмазывать - так искуство. А как фотографию "Мадонны" пожечь - так погром! И в этом смысле я должен был, исходя из этой логики, говорить, что кураторов "Запретного искусства" судить вообще не надо. Но я считаю, что судить Самодурова и Ерофеева надо, и вот почему.

 

Меня глубоко возмущает подлое лицемерие, с которым Самодуров, Ерофеев и их группа поддержки формулируют свою позицию. Нет бы сказать: мы – враги православия, мы считаем главной опасностью для нашей страны клерикализацию, долой попов. Они говорят: я певец, я пою, пою, как птица, я художник, я рисую, это моя свобода самовыражения. Вы должны уважать мою свободу. Эта позиция не очень хорошая позиция, даже когда речь идет о реальном художнике. Потому что формой художественного творчества в такой ситуации художник прикрывается от своего реального политического высказывания. Эта позиция мне представляется лживой, ханжеской, фарисейской и чрезвычайно подлой. Но когда это – реальное художественное творчество, тут есть основание его обсуждать. И, в принципе, я полагаю, что Салман Рушди имел право на свои высказывания, за которые убийцы-исламисты его уже 20 лет преследуют. Слава Богу, государство его защитило.

 

Я полагаю обоснованной дискуссию, которая ведется в православной общественности по поводу, скажем, романа «Мастер и Маргарита». И здесь у меня разные точки зрения по поводу различных конкретных произведений. Скажем, по «Гарри Поттеру» я совсем не поддерживаю позицию Симоновича-Никшича, а поддерживаю позицию Холмогорова. Считаю, что «Гарри Поттер» абсолютно допустимое произведение для христианина. А, скажем, Сорокина я осуждаю, потому что он – очень талантливый, но его произведения непристойные, и я здесь поддерживаю братьев Якеменко.

 

Наконец, третье соображение. Художники-самодуры не имеют никакого отношения ни к Сьюзен Роулинг, ни к Владимиру Сорокину. Это просто не искусство. Обо всем этом очень хорошо писал еще 20 лет назад действительно большой современный художник Неизвестный. В своей знаменитой статье он писал, что мы, художники, еще в начале века обманули буржуев. Буржуи – дальтоники по отношению к искусству. Мы их убедили, что не только по-настоящему хорошие современные произведения, но и любая мазня, на которую нацеплен лейбл «современное искусство» – это искусство. И сделали мы это для того, чтобы они это у нас покупали. Потому что они, идиоты, решили, что мы – такой же товар бесценный, как картины эпохи Возрождения, и вкладывают в нас деньги, исходя из внушенной нами им безумной мысли, будто наши произведения с годами будут дорожать.

 

Это отлично понимают кураторы выставок. Не будут называть имен, но один очень известный и влиятельный куратор прямо говорил мне, что критерием того, что является искусством, а что – нет, является то, что мы выставляем. Что выставим, то и будет искусством. Я помню, как у меня был диалог с одним моим товарищем-искусствоведом, который рекламировал чудовищно бездарные современные вирши, а когда я возмущался, приводя свои аргументы, он говорил: а тебя никто не спросит, имея в виду, что они – хозяева дискурса. Я тогда ответил: ну что же, рейтинг этих стишков на мировом арт-рынке и твой рейтинг как ценителя сравнялся с писсуаром Дюшана. Он тогда обиделся, а сегодня мне другие друзья говорят: да ну, что ты, писсуар Дюшана стоит неимоверно высоко по сравнению с твоим знакомым.

 

Так вот, мне не нравится ситуация, когда писсуар Дюшана выдают за произведение искусства. Мне не нравится ситуация, когда Ольга Свиблова на передаче «Честный понедельник», посвященной процессу над Самодуровым и Ерофеевым, опять приводит пример писсуара Дюшана и утверждает, что это – большое произведение искусства, потому что в современном искусстве контекст – всё, а текст – ничто. Это сознательная ложь. Писсуар Дюшана – это писсуар, и пускай художники-самодуры свою антихристианскую копрографию пишут на стенах около писсуара Дюшана, а не претендуют на то, что они художники и имеют еще общественную позицию. Какие они художники? На их фоне чудовищно бездарные Церетели или Илья Глазунов кажутся Моранди.

 

Поэтому я предлагаю Гюльчатай открыть личико, выдавать реальные тексты, за которыми нет никакого контекста, потому что вся их мазня и графомания – это контекст выдуманный. Любой старшеклассник, владеющий фотошопом, может делать такие картинки сотнями. Я уже не говорю о том, что произведения Кулика и Бреннера не требуют даже фотоштопа или аэрографа. И совершать подобные непристойные жесты может любой из нас, если ему совесть или эстетический вкус не мешают.

 

Кстати, именно поэтому меня отставила равнодушным выставка «Двоесловие – диалог» в притворе Храма Святой Великомученицы Татьяны в МГУ. Я считаю, что протоиерей Максим Козлов, устроив такую выставку, был прав. Церковь продемонстрировала в лице отца Максима, что мы лояльно относимся к феномену современного искусства и готовы идти с ним на миссионерский диалог. И это правильно. Мы идем на миссию среди потенциальных самоубийц, байкеров, панков (есть священники, которые даже с сатанистами беседуют). Есть еще и группа риска, которыми являются сумасшедшие, именующие себя современными художниками: они тоже заслуживают христианского милосердия. Я уже не упоминаю, что среди них есть и верующие христиане.

 

В конце концов, дурной эстетический вкус не является преступлением. Можно быть христианином, но при этом исповедовать чудовищные эстетические уклады. Если при этом я не сомневаюсь в православии Глазунова, хотя мне его произведения кажутся чудовищно бездарными, то почему я должен сомневаться в православии Дмитрия Врубеля или Гора Чахала? Правда, у Врубеля и Чахала есть талантливые картины… Но те картины, которые были выставлены у отца Максима, чудовищно бездарные. При общем уважении к этим художникам.

 

Хотя моих религиозных чувств выставка совершенно не задевала, эстетически она задевает очень сильно. Я бы, наверное, не смог молиться в Татьянинском Храме, пройдя через притвор и посмотрев выставку. Уж очень меня будоражат эти бездарные картины. Уж очень бы я ругался про себя вместо того, чтобы молиться. В жанре современного искусства реальные картины бывают, но они малочисленны; их почти нет. И то, что графоманы, и в особенности не просто графоманы, а графоманы-копрографы выдают себя за современных художников, мне кажется запредельным цинизмом.

 

Мне кажется, что сущность этого «современного искусства» лучше всего выражает акция, приписываемая группе «Война», которая выпустила в зале судебного заседания по делу Самодурова и Ерофеева три с половиной тысячи крупных мадагаскарских тараканов. Суть акции, видимо, заключалась в том, что они пробили себе голову и выпустили на свет Божий живущих в ней тараканов…

 

Редактор сайта и автор справочных материалов - Анна Бражкина. annabrazhkina.com