запрещенное

искусство

18+

27.07.2010, MainPeople

Олег Кулик о случае в Цюрихе-2

Банковский город, тихий, спокойный, люди уже 300  лет не воюют, страна мирная, ни Гитлера, ни Наполеона, маленькие улицы, все чинно-благородно. И вот, я получаю приглашение на огромную выставку от куратора Биче Куригер, издателя шикарного журнала «Паркет». Меня пригласили сделать перформанс, такая большая гордость, что меня пригласили в такую компанию, я еще малоизвестный художник…

Я приехал туда за свои деньги, и оказалось, что все это обман русского критика Александра Шумова, которого самого не пригласили туда, он обиделся и вызвал меня. Он выкрал бланк у Биче Куригер и прислал мне приглашение, по которому мне даже визу дали. Солидный бланк, на Западе же не предполагают такого обмана, и я приехал неприглашенный на эту выставку, не зная этого, пришел в музей  и говорю: «Здравствуйте, я приехал», -  «Здравствуйте, а кто вы такой?» - «Я художник Олег Кулик», - «Нет такого художника», говорит Биче Куригер и уходит вместе со своей свитой. Я говорю: «Ну, как же? Ну, вот же я!» - «Мы вас не звали. Идите в жопу.»

 

 

Я еще ничего не знал про обман Шумова, я ему все рассказал, Шумов стал изображать удивление и говорит: «Надо им показать» И тут всплывает обман. Я говорю «Саш, ну, ты вообще! Ты знаешь, мы живем скромно, я столько денег потратил». В Швейцарии выпить чашечку кофе стоит 10 евро. Если  бы не было этой встречи с Биче Куригер, я бы, может, так и уехал. Но это было так сказано, таким тоном: «Тебя нет, ты ничто», - что я подумал: «Хорошо, меня не пригласили, я никому не нужен, но сказать, что меня вообще нет, нельзя, и, с другой стороны, я могу сделать все, что угодно, раз меня нет».  И я пошел в магазин, купил цепь и привязал себя перед входом в Кунстхауз и перекрыл вход полностью. Теперь они точно знают, кто такой Олег Кулик, и никогда не скажут, что нет такого художника.

 

Реакция была просто невероятная по всему миру. Ужас какой-то, Биче орала, что она меня выкинет из искусства, топтала ногами, что «он бил моих посетителей, накакал, написал, обосрал весь вход, обосрал всю малину». Я действительно накакал. Более того, это была серьезная творческая подготовка. Другим художникам  нужно готовиться, собирать эскизы, рисунки, потом работать, а мне надо было публично испражниться по заданию, все мои попытки  это сделать до Цюриха никогда не венчались успехом, потому что это очень трудно.  Как бы ты ни хотел сходить в туалет, надо иметь невероятно устойчивую психику, чтобы сесть и расслабиться как собачка, на глазах у кучи людей. Я два дня ел борщи, разные продукты, которые не сочетаются, не ходил в туалет, терпел. И к вернисажу так уже подкатило, что это было похоже на какие-то выстрелы. Это публику очень удивило, публика подальше отошла, потому что боялась, вызвали полицию. Все сокрушались, как обосрано полностью все современное искусство, но у публики это вызвало дикий ажиотаж, хохот стоял, веселье,  и никто не хотел на выставку идти, все ждали, чем это закончится. Я сам не понимал, как это заканчивать, я уже час бегал, орал, кидался на людей, и что же? Мне встать,  поклониться, грязному, мокрому, обосранному, и уйти? Спасибо, дикая собака.

 

Тут, на мое счастье приехали полицейские, я был очень рад, лишь бы сильно не били, слава богу, это Швейцария все-таки. Они долго стояли, смотрели, решили посовещаться с публикой, публика там была непростая: «Уберите этот кошмар! Русские в городе!» - «Не трогайте! Это лучшее, что есть на выставке!» Такая случилась дискуссия искусствоведческая. Потом полицейские деликатно сняли мой поводок и повели меня в машину как собаку. Это чисто немецкая реакция: «Лай, будь собакой, это твое право, но кусать нельзя. Мы не можем нарушить твой образ, мы тебя как собаку уведем». Меня закрыли в клетку, привезли в полицейский участок и тут такая сцена…. Меня привели в огромный зал бывшего храма. Стоит 100 полицейских в красивой темно-синей одежде, в белых портупеях, с пистолетами, и принимают отчет. Меня выводят, я иду босиком, голый, шлепая по мраморному полу в тишине. 100 прекрасных солдат, своды храма, и я, держа цепь у причинного места с двумя полицейскими по бокам. Как такой генерал сумасшедший. Кто глупее выглядел - я или они? Приводят на допрос, мраморный пол холодный в подвале, я босиком, сидят полицейские, стоит стул, и я вроде должен на него сесть, а я на него прыг с ногами на четвереньки. Идет какой-то дурацкий допрос, типа, «что вы там вообще делали», -  «Я делал искусство», - «Но вы кусали людей!»  - «В этом и была моя функция, я человек-собака». Они переглядываются, куда-то звонят: «Сейчас за вами приедут другие люди. У нас есть специальная полиция, которая занимается этими художниками - полиция нравов».

 

Оказалось, что криминальная полиция это просто такой фуфел, это дежурный на улице, а полиция нравов - это совсем другие ребята. Когда открылась дверь, я сразу все понял. Такие затылки стриженные, тертые маленькие пистолеты, в гражданке, явно работают с наркоманами, маньяками, извращенцами и прочими  экстремалами. Они меня тут же схватили под руки, в лицо швырнули штаны, кинули в машину и куда-то увезли, провезли через весь город, бросили в комнату, причем швырнули так, что я упал на стул, и стул разлетелся. И опять допрос, где меня с пристрастием пытают, кого я  хотел оскорбить, чего я добивался. В общем, ничего они не добились и выкинули ночью меня на улицу. Это музей заплатил штраф 10 тысяч швейцарских франков. С меня сначала штраф требовали, но  последнюю тысячу я истратил на билеты. Единственное свое произведение искусства я оставил перед входом в Музей современного искусства, вряд ли за него дадут 10 тысяч. Но музей заплатил, потому что кто-то подал в суд, и у музею не выгодно было, чтобы я сидел год и еще крякал из тюрьмы. Меня выкинули на улицу, я по-немецки не говорил и по-английски тоже, а уж название улицы, в котором 25 букв, я совершенно не понимал, захожу в телефонный автомат, задираю штанину, там написан номер. Представьте: швейцарская окраина, огромный светящийся стеклянный автомат и стоит полуголый мужик, поднял ногу, задрал штанину и ногу разглядывает, я что-то услышал, оборачиваюсь, стоят два огромных негра, очень стремного вида. И я повернулся и как по-русски грубо послал их матом, они испугались и убежали. Кое-как я выбрался. На следующий день я иду на вернисаж , там фурор, море камер, и когда я зашел, все камеры повернулись на меня. Оказалось, все газеты вышли, море фотографий, вся швейцарская пресса, первые полосы:  «Сумасшедшие русские» и т.д. Это называется «утром ты проснулся знаменитым», это было очень странное ощущение. Я не знал, что это за знаменитость, знаменитость такого Чикатило, маньяка, извращенца. За три дня до перформанса мне на самом высшем уровне сказали: «Нет такого художника», а потом оказалось, что я есть, и все хотят меня видеть.

 

Main People

Редактор сайта и автор справочных материалов - Анна Бражкина. annabrazhkina.com