запрещенное

искусство

18+

24.04.2000, Вести ру, Вячеслав Курицын

Вычеслав Курицын. "Выбравший боль"

Первого апреля, в День дурака, на Берсеневской набережной, у Института культурологии, на фоне ХХС, руки Олега Мавроматти были приколочены гвоздями к доске. На спине у Олега была нарезана бритвой надпись - "Я не сын бога". Скромность оказалась кстати: Олег выдержал пытку только 25 минут, после чего переместился в травмпункт.

 

Действо имело два параллельных смысла: являлось собственно художественной акцией, а также сценой для фильма о современном искусстве, который снимает Мавроматти-режиссер. Ясно также, что имело оно два - пусть менеее параллельных - контекста: по линии Церкви и по линии актуального арта. С обоими контекстами приключилась некоторая незадача.



Раз: Церковь. Прихожане расположенного за Институтом культурологии Храма подали заявление в прокуратуру, обозвав акцию сатанинской. Так же ее определило и сомнительное средство массовой информации по имени "Труд-7" (все материалы здесь). Может быть, дело получит ход. Епархиальный юрист требует у Кирилла Разлогова (он директор института, а институт замешан - дал подключить электричество для съемок) адреса организаторов акции.



Это грустно. Обидно за прихожан, которые из домашнего мракобесия бросают тень на Православие (организаторы вот акции уже смеются над верующими: надо же углядеть сатанизм в таком безобидном жесте). Обидно за общество, с которым невозможно, получается, разговаривать на языке, хоть немножко неожиданном (а попробовал бы какой актуальный художник похеппенинговать по мусульманским мотивам: просто бы зарезали, безо всякой Прокуратуры). Обидно, между прочим, за Тер-Оганяна: и в заявлении, и в "Труде-7" его имя и случай приведены как образчик художественного сатанизма, а лишний раз инсталлировать в головы общественности сей тезис вредно, чисто опасно для Авдеевой судьбы.



Два: Арт. Резонанса в арт-критике Олегов подвиг не получил никакого. Написали о нем, помимо седьмого органа, в "Комсомолке" да в "Сегодня" в репортажном духе, вот и вся критика.

 

Конечно, Олег позиционировался не как религиозный мученик, а как фигурант известной сцены, и концепцию имел понятную. "Но значит ли это ("это" - оскал рынка, В.К.), что любая жертва художника априорно редуцирована до некоей игровой модели, и, тем самым, приобретая характер повторяемости, вторичности - т. е. утрачивая оригинальность, - его жертва лишается и подлинности? На это есть только один убедительный ответ - самопожертвование, только один достоверный критерий - личная боль. Которая всегда по ту сторону оригинальности/вторичности…" Слишком уж понятно. Как концепция, как фигура мысли, это странно обсуждать. Ну да, боль. Фигура тела. В актуальном искусстве нет чистых жестов, единственная реальная альтернатива - самопожертвование. Но ведь и оно игровое: понятно же, что фигурант не умрет.



Не подумайте, однако, что я "отрицательно" отнесся к акции Мавроматти. Во-первых, я ее глазами не видел, так что отрицательно отнестись права уж точно не имею. Во-вторых, существуют ведь еще внутренние контексты. Ну, типа судьба. Человек реально пошел на подвиг. И получил то, что хотел: правду. То есть боль. Боль - это правда, в отличии от спекулятивных помаваний арт-рынка. Своей внутренней цели Олег достиг.



И потом - есть же Город еще. У нас живой таки город. Да, в одном его месте возводят условных достоинств новодел и тибрят при возведении миллионы баксов - но зато в другом месте одинокий бедный герой 25 минут страдает в гвоздях… Несоизмеримо? Как посмотреть…

 

Вести ру, Курицын по четным

Редактор сайта и автор справочных материалов - Анна Бражкина. annabrazhkina.com