запрещенное

искусство

18+

21.05.2012, Культурный фронт, Роготнев Илья

Илья Роготнев: «Мракобесы» - главный политический проект Гельмана

После кубанских событий, когда толпа недовольных сорвала открытие выставки «Icons» в Краснодаре, Марат Гельман задался вопросом:

 

«Почему книги Захара Прилепина, Владимира Сорокина, да и Салтыкова-Щедрина спокойно лежат в магазинах? И никаких обвинений в очернительстве. Почему никто не громит редакцию газеты, написавшую критическую статью о власти, о наркомании? Но выставку «Родина» со слегка ироничным взглядом на «потешный патриотизм» запрещают».

 

Своих оппонентов Гельман называет «мракобесами» и изумляется: отчего это они именно искусство возненавидели? А не литературу, ночные клубы или бандитов? Как будто прецедентов, когда народ протестует против открытия клубов и засилья бандитов вовсе не было? Возникает ощущение, что последние 20 лет галерист жил не в России, а в «Государстве» Дмитрия Цветкова.


Попробую помочь галеристу разобраться в вопросах искусства.

 

Первое. Ни книги Прилепина, ни ночные клубы не получают открытую поддержку губернаторов, не кладутся в основу культурной политики в регионах.

 

Второе. Никто даже не думает считать гельмановские акции оппозиционными – вполне себе буржуазные, вполне себе либероидные выставки. Абсолютно в духе проводимой в России культурной политики. Это искусство получает гос. премии, крышуется губернаторами, даже экс-президент Гельмана поддержал. Не в защиту власти люди гельмановскую «Родину» хотят сорвать, а в защиту национального достоинства народа.

 

Третье. Примеры, приведенные галеристом, не вполне понятны. Прилепин во всех своих книгах славит Россию, нигде не глумится над религиозными символами, военными наградами, классическими образами. Конечно, Прилепин оппозиционер: он властью не раскручивается и музеями муниципальными не заведует. Сорокина, в самом деле, не любят, и выступления против него были. Но он с амвона «Голубое сало» не читал, иконы не рубил. Литература – тихое занятие, потому заведомо менее провокативное. Салтыков-Щедрин, помнится, за народ заступался, сотрудничал с Некрасовым, народниками. И против него когда-то почвенники выступали – и еще как! Только он сказал: «Я люблю Россию до боли сердечной…» Чувствуете разницу между «болью сердечной» и «слегка ироничным взглядом на «потешный патриотизм»? Не чувствуете? Перечитайте, господин Гельман, Щедрина – узнаете, что такое искусство, идущее от «боли сердечной». Цветков или «Синие носы» боль сердечную выражают? Считаете, что это такой «смех сквозь слезы»? Тогда Вы совсем в искусстве не разбираетесь. (Вы и Pussy Riot чуть ли не с «юродивыми» уже сравнили – ну, хоть в чем-то научитесь разбираться!)

Но главное-то не в этом. Против художников и кураторов никто не выходит. Выходят люди против культурной политики, против продвижения определенного контента и определенного дискурса, против символической войны, объявленной миру национальных ценностей. Для простых людей, все это понимающих интуитивно, глубоко и сокровенно, вся пошлость новой культуры концентрируется в фигуре Марата Гельмана. На это он сам всю жизнь и работал. «Мракобесы» самим Гельманом и создаются, когда самый образованный народ в мире отчуждается от культуры посредством агрессивной атаки провокаторов и культурной политики глума и лицемерия. «Мракобесы» - главный политический проект Гельмана. Гельман – один из архитекторов «черной сотни». И он теперь несказанно рад, что сотворенная им «партия» показала зубы. Гельман, это же Вы зверя из бездны выкликаете! Признайтесь, зачем?


Илья Роготнев, к. филол. н., член экспертного совета Всероссийского объединения "Культурный фронт"

Редактор сайта и автор справочных материалов - Анна Бражкина. annabrazhkina.com