запрещенное

искусство

18+

13.03.2011, А.Пролетарский

Алексей Плуцер-Сарно: Cейчас становится понятно, что обезумевшая власть выбрала дорогу смерти, ужаса и хаоса.

Они несогласны с тем, о чем многие молчат. Они устраивают стрит-акции, пока обыватели бредут по магазинам. Они громко говорят и показывают. Это арт-группа Война. На несколько наших вопросов согласился ответить один из иделогов арт-группы – художник Алексей Плуцер-Сарно.

 

ART: Прежде всего, хочется Вас, как идеолога арт-группы «Война», спросить о том – что лично Вами, как художником, двигает в выборе тематики для художественных стрит-акций?

 

Алексей Плуцер-Сарно: Акции рождаются в коллективных обсуждениях. Причем огромная доля блестящих идей принадлежит Олегу Воротникову и Наталье Сокол. Конечно, были акции, в которых я предлагал целый ряд идей, например, «Памяти декабристов», там сама идея связать повешение с либертарными идеалами декабристов была моей и первый вариант лозунга «Пестель никого не ебёт», тоже был мой. Но сама идея повесить активистов – принадлежит Олегу. Точно также на акции «Ебись за наследника Медвежонка я что-то внес дополнительное и сам же и воплотил свои идеи, стоя с транспарантом во фраке и цилиндре среди ебущейся Войны. Я считал, что нужен такой контраст, эдакий Карабас Барабас среди ебущихся героев. А Вор считал, что все должны ебаться. Но и тут, все базовые центральные идеи самой акции принадлежали Олегу и Наталье, я лишь придал ей некую толику безумия и завершенности. Поэтому я сейчас в группе создаю медиа-арт и придаю законченность всему этому ахую и пиздецу, который творит Вор. В выборе же формы для медиа-арта мной движет желание создать абсолютно новое, радикально инновационное искусство, свободное, честное. И Вор, и Козленок, я думаю, тоже ориентируются, как и я, на героическое сопротивление тухлому болоту окружающего мракобесия. Поэтому мы и работаем вместе, что разногласий почти нет.

 

ART: Хочется узнать, что Вас лично побудило примкнуть к рядам арт-группы Война?

 

Алексей Плуцер-Сарно: Меня побудил примкнуть к группе Олег Воротников, который ее создал незадолго до нашего знакомства. Я видел те акции, которые они делали, там чего-то не хватало. Они видели те перформансы, которые делал я, они тоже меня не удовлетворяли. Олег несколько раз зазывал меня поработать вместе. В декабре 2007 мы выпили водки в мастерской Куличушкина, поговорили «за жизнь» и «за искусство», и я решил – «да». В феврале мы уже обсуждали «Еблю Медвежонка» и 29 числа я уже держал наш первый «стяг» в Музее. Мы объединили наши усилия – и результат превзошел все ожидания. Я горжусь, что мне довелось поработать с таким несгибаемым и честным художником, как Олег Воротников. Я счастлив, что являюсь активистом группы Война и буду продолжать эту работу «до последнего патрона».

 

ART: Как Вы считаете, в такой угнетающей свободы волеизъявления отдельно взятого человека стране, как Россия, сегодня возможно нормальное развитие арт-пространства и арт-групп?

 

Алексей Плуцер-Сарно: Сложно сказать. Все мы знаем, что исторически в эпохи гнуснейших авторитарных режимов парадоксальным образом происходили расцветы искусства. Ну и, в конце концов, ведь сама группа Война – это и есть фантастический расцвет русского акционизма, ведь нигде в мире ничего круче нет. А в стране при этом твориться полный пиздец и даже хуже. А ведь рядом с Войной даже замечательные акции великих русских художников прошлого выглядят камерными и галерейными. Хотя я всегда восхищался жареными котлетами Александра Меламида, помните, он фарш делал из газеты Правда, а ведь это были еще 1970-е. Андрей Монастырский еще в 76-ом сделал свою первую гениальную акцию в составе группы Коллективные действия. Потом были потрясающие акции Вадима Захарова, Александра Бренера, Д.А. Пригова и многих других. Но Война даже рядом с этими величайшими художниками – это взлет акционизма, нет сомнений.

 

ART: Если говорить о художественном замысле, то сегодня в рамках  Войны, Вы себя больше находите или отдаете?

 

Алексей Плуцер-Сарно: Конечно, нахожу. Олег Воротников на меня как на художника оказал колоссальное влияние. В каком-то смысле он не только мой партнер, он еще любимый художественный герой моих произведений, моего медиа-арта, того, что я делаю в Интернете по итогам акций. Точнее наших произведений. И я тоже, в каком-то смысле персонаж его творений. Ведь на акции Ебли в музее я явно был главным героем его «романа», он все срежессировал, а я лишь вышел на сцену и сыграл свою роль, придуманную мною же самим. Все это уникальнейший опыт, быть в самой гуще работы Войны.

 

ART: Гонения и преследования участников арт-группы Война  продолжаются по сей день и судя по всему не прекратятся, пока Россия не станет другой, наверно какой-то такой, о которой писал, к примеру Лимонов. Какой для Вас лично сегодня предстает Россия?

 

Алексей Плуцер-Сарно: Это ощущение можно передать только метафорой. Знаете, я где-то читал, что в России распространена добыча нефти открытым способом. Загоняют воду в скважину, а нефть легче, и она сама начинает хуярить из скважины. И пока там все не подключат, пару миллионов кубометров выливается на поверхность. И на территории в сотни квадратных километров умирает все живое – вся трава, цветы, деревья, животные, даже червячки под землей. Вот так и вся Россия сегодня – кошмарной злой волей кучки упырей и оборотней прекраснейшая в мире страна превращается на глазах в жуткое мертвое болото, погружающееся в трясину бандитизма, мракобесия и смерти. Люди разбегаются, а все, кто остался обречены либо на смерть, либо сами должны стать упырями и оборотнями.

 

ART: Что, на Ваш взгляд в Войне есть от Пригова Дмитрия Александровича, который как я знаю очень символически повлиял на зарождение арт-группы?

 

Алексей Плуцер-Сарно: Конечно, Война создавалась на серьезном пьедестале мощной русской традиции акционизма. Но как всякое радикально инновационное явление Война выросла не из акционизма. Она родилась из традиций декабризма, дада, венского акционизма, Кафки и даже Хармса. Много из чего. Из всякого сора, как говорила поэтесса Анна Ахматова.

 

ART: Расскажите об истории с Бэнкси, он самолично изъявил желание помочь финансово, Вы встречались с ним?

 

Алексей Плуцер-Сарно: Да, его друг неожиданно вышел на меня лично и сказал, что Бэнкси хочет помочь нам. Я контакты передал Козленку, потому что стараюсь держаться подальше от всяких денег. И она с тех пор  переписывается с ним.

 

ART: Кого из современных художников, музыкантов и писателей Вы считаете своими соратниками и соратниками арт-группы  Война?

 

Алексей Плуцер-Сарно: Не знаю, очень сложный вопрос, надо других художников спросить, считают ли они меня своим соратником. Я лично однозначно считаю своими соратниками Олега Воротникова, Наталью Сокол, Леню Ебнутого и еще нескольких активистов самой группы Война. Соратники работают вместе, выручают друг друга. Бэнкси, конечно, соратник. Адольфыч всегда поддерживал и словом и делом. А за рамками соратничества я могу назвать только своих друзей из числа художников. Это Авдей Тер-Оганян, Олег Мавроматти, Илья Фальковский, Александр Ройтбурд, Татьяна Арзамасова, Лев Евзович, Вадим Фишкин, Юри Ойявер, Яан Тоомик, Илья Сунделевич, Теет Вейспак, Костя Кузьминский… Они не соратники, но я их люблю. Всех не перечесть. У меня много друзей по всему миру.

 

ART: Что из прочитанного или увиденного за последнее время Вас потрясло?

Алексей Плуцер-Сарно: Арест Лени и Олега.

 

ART: Есть ли такая стрит-акция, которую Вы бы очень хотели провести, но по каким-либо соображениям это нереально в существующих условиях?

 

Алексей Плуцер-Сарно: Есть много замыслов на очереди. Думаю, что ничего невозможного нет, если художник – от Бога.

 

ART: Может быть расширить географию акций дальше России? К примеру, на Украине сейчас очень благодатная почва для художественных акций, направленных на то, чтобы рядовой обыватель хоть немного проснулся от сна, навязанного государством полицейскими методами.

 

Алексей Плуцер-Сарно: Не знаю, как насчет «сна». Но в Украине только что художник Александр Володарский был осужден на год поселения, после 2 месяцев в СИЗО за невиннейшую акцию «Будь ласка». Так что по мне Украина тоже погружается куда-то. Дай Бог, чтобы только в сон. Хотя группа Война уже работала в Киеве. Именно там прошел киевский ПИР на всех трех ветках метро.

 

ART: Алексей, спасибо большое за интервью. Напоследок хотелось бы узнать: что лично Вы видите в будущем России и примыкающих к ней государств, ну и в будущем Войны?

 

Алексей Плуцер-Сарно: Еще не так давно казалось, что все ужасы ХХ века, которые постигли и Украину и Россию – миновали. Но сейчас становится понятно, что обезумевшая власть выбрала дорогу смерти, ужаса и хаоса. Именно об этом наша акция «Хуй в ПЛЕНу у ФСБ».

 

Беседовал: А.Пролетарский.

Редактор сайта и автор справочных материалов - Анна Бражкина. annabrazhkina.com