запрещенное

искусство

18+

28.08.2012, Коммерсантъ-ФМ

Максим Шевченко: "Эти молодые люди защищают общественную нравственность"

В России может появиться православное движение против кощунства. Об этом сообщил "Коммерсантъ FM" активист Дмитрий Энтео.

Он со своими соратниками пытается пресекать действия, которые могут оскорбить верующих. Член Общественной палаты Максим Шевченко обсудил ситуацию с ведущим Андреем Норкиным.


Накануне активисты ворвались в "Театр.doc" во время спектакля и призвали к покаянию участников постановки, в том числе адвокатов Pussy Riot. Ранее они пытались срывать с москвичей футболки в поддержку панк-группы и искаженными изображениями икон. Подобные "патрули" могут появиться и в других городах, рассказал Дмитрий Энтео.

 

Православные активисты обвиняли людей в кощунственных футболках в нарушении статьи 282 УК — "Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства".



— Если можно, давайте, мы сейчас саму историю с Pussy Riot оставим за скобками, потому что сейчас ситуация стала развиваться. Она развивается так. Ваше отношение к этому?



— Я считаю, что это естественный общественный процесс. В свободном обществе люди склонны свободно выражать свои взгляды, свои эмоции. Кому-то нравятся эти выражения, кому-то не нравятся. Я, например, полагаю, что кощунство публичное, сознательное, оно сродни матерщине, и если эти молодые люди, которые защищают свою или общественную нравственность, или общественную благопристойность от кощунства, как-то болезненно реагируют, то их реакция сродни тому, как мы среагировали бы в трамвае на матерящегося и пристающего к женщинам хама. Собственно, бывают четыре типа реакции.



— Боюсь, вы, Максим Леонидович, давно в трамвае не ездили. Мне кажется, что сквернословие давно никого уже не раздражает.



— Нет, я постоянно езжу в трамвае, всякое бывает. Хорошо, не в трамвае, а на улице. Сидишь иногда в кафе с женой, рядом сидят молодые люди. Сейчас принято очень громко материться. Я всегда подхожу и предлагаю им шепотом материться. Потому что мне, как мужчине, мне лично все равно, но я не хочу, чтобы слух моей жены осквернялся матом. То же самое я не хочу, чтобы сознательное кощунство, карикатура на икону или на какие-то сакральные ценности так позиционировалось в публичном пространстве.



— А как определить тогда эту грань, которая будет отличать это кощунство от свободы самовыражения?



— Так же, как Михаил Афанасьевич Булгаков определял разницу между матом и не матом. Я, к сожалению, не могу в прямом эфире это произнести. Но я думаю, что вы знаете такой силлогизм. Дело в том, что касается театра. Я не поддерживаю какие-то погромы в театрах или какое-то прекращение спектаклей. Но я помню, в свое время в Москве была такая группа Осмоловского, где социопсихологи, вы, наверное, тоже помните, работали как бы со стихийным таким перформансом. Идет какой-то кинопоказ, как правило, это было в начале 90-х, еще мы все смотрели какого-нибудь Бунюэля. В общем, такой Бергман в ДК "Медик", и посреди кинопоказа или какого-нибудь театрального спектакля вдруг молодые люди с криками врываются на сцену. Это называлось спонтанное появление спонтанной реакции. Перформанс, разрушение дискурса. Почему им можно, а православным активистам нельзя спонтанно выражать свое отношение к тому, что они видят?



— Как вы думаете в дальнейшем ситуация будет развиваться? Потому что господин Энтео, вы, наверное, слышали, сказал, что эти православные дружины, или православные патрули, могут появляться в различных российских городах. Есть здесь тут все-таки какая-то опасность действительно возникновения конфликтов на религиозной почве?



— Мне кажется, эта почва не религиозная, а почва социальная.



— Хорошо, пусть так.



— Этот первый такой порыв активистов — пока еще такой страстный, но он, безусловно, примет более организованные формы. Безусловно, я думаю, что церковь возьмет его под свой контроль. Я думаю, что некоторые акты вандализма, даже такие как бы иррациональные, которые с их стороны происходят, сменятся более рациональной, более последовательной, более поступательной социальной политикой и какой-то общественной пропагандой. Мне кажется, что все это находится в рамках понятий "свобода слова" и "свобода личности".



— Вы думаете, этим будет исключительно церковь заниматься? Потому что пока реакция властей, в общем, отрицательная на эти предложения.

— А я считаю, что этим занимается церковь. Господин Энтео является православным человеком. Просто у нас в обществе под "церковью" принято понимать патриарха и такое клерикальное сословие. Но миллионы верующих, которые не являются священниками или не являются монахами – это тоже церковь. Его реакция — это реакция части православной церкви.

 

Коммерсантъ-ФМ

Редактор сайта и автор справочных материалов - Анна Бражкина. annabrazhkina.com