запрещенное

искусство

18+

21.03.2011, Новое время, Евгений Левкович.

Новое время: Слабонервным не слушать

Одно из доказательств, по мнению следствия, вины Тихонова и Хасис — «прослушка» их съемной квартиры, начатая ФСБ 23 октября 2009 года, и законченная в день задержания подозреваемых, 3 ноября.

 

Десять дней разговоров между «убийцами», из которых мы узнаем не только о том, что Хасис «не завтракает с утра», но и о том, что российские «Бонни и Клайд» по части конспирации дадут фору американским. «Осмотрелась вокруг дома, вроде все нормально», — говорит женский голос. «Зая, я положу туда ствол», — это уже мужской. «Короче, если идем на прорыв, то забираем красную сумку, которая здесь, и валим через окно».

 

Далее — калейдоскоп кличек и прозвищ: Эд, Чех (про которого Тихонов говорит «наш фашист»), Шульц, Опер, Гуру, Бородатый. Нет сомнений: это именно то, что в прессе называют «фашистским подпольем».

 

При этом о Маркелове в разговорах — буквально два слова. Хасис: «Ты объясни от обратного, как они на Опера по делу Маркелова могли выйти?».

 

Никаких признаний. По мнению защиты, тема убийства Маркелова в кухонных беседах всплыла потому, что 27 октября брат погибшего адвоката — Михаил Маркелов — дал интервью интернет-газете «Взгляд», в котором рассказал, что знает кто убил Стаса.

 

По данным The New Times, интервью было санкционировано следствием и было частью оперативной игры — по сути, ловлей на живца. «Эти люди (убийцы — The New Times) тесно связаны с рядом неформальных организаций, — сказал тогда Михаил Маркелов. — Мои выводы совпадают с выводами следователей. Сейчас я точно могу сказать, что эти люди вряд ли смогут уйти от ответственности. Они больше не смогут покинуть Россию. И убийство никак не связано с Кавказом».

 

Тихонов и Хасис, прочитав интервью, строят предположения о том, что оно может означать. По версии их защиты, Никита понимает, что дело могут свалить на него, так как он давно находился на нелегальном положении и скрывался как подозреваемый в убийстве антифашиста Рюхина (сейчас все обвинения по этому делу с него сняты).

 

По сути прослушка в очередной доказывает, что и доказывать не надо: Тихонов и Хасис — активные участники националистического подполья.

 

Но их причастность к убийству не ясна: за 10 дней прослушки, о которой обвиняемые не знали, они умудрились не проболтаться ни разу даже при том, что их провоцировали признаниями Маркелова-старшего.

 

Зато из их разговоров можно сделать вывод, что Тихонов — не простак. Он меняет пароли и явки, уходит от сотрудников ФСБ, как от мальчишек. Из чего косвенное доказательство его вины в убийстве Маркелова превращается фактически в аргумент защиты: можно ли представить, что такой глубоко законсперированный агент совершает преступление среди бела дня в центре Москвы, а после этого несет орудие убийства домой, где хранит его 11 месяцев вплоть до задержания и обыска?

 

 

Запись с видеокамеры на улице Пречистенка. На кадрах, по версии обвинения, Евгения Хасис

 

Открой личико

 

Вглядитесь в это лицо. По версии следствия — это Евгения Хасис возле дома 20 по улице Пречистенка, дожидающаяся выхода из пресс-центра Маркелова и Бабуровой для того, чтобы подать сигнал Тихонову, который уже как час шатается по окрестностям с пистолетом. Это самый «четкий» кадр, который есть в деле.

 

С видео, на котором появляется якобы Тихонов, все еще хуже: на Пречистенке киллера нет вовсе, а в метро его лицо ни разу не попадет в объективы — он умело прикрывает его то шарфом, то белым платком.

 

По камерам с Пречистенки можно сказать одно: девушка стоит там не просто так. Она полностью закутана, притом что на улице не так уж и холодно (некоторые прохожие, попавшие в кадр, без шапок и в расстегнутых куртках). Она явно хочет остаться незамеченной. При этом стоит на месте больше сорока минут, но предположить что она ждет в таком странном месте и в странное время, допустим, молодого человека — трудно. Вывод один: у убийцы действительно была сообщница. Но Хасис ли это?

 

Запись с видеокамеры метро «Кропоткинская». На ней, по версии обвинения, Никита Тихонов

 

Загнанный суд

 

За комментариями The New Times обратился к адвокату Роману Карпинскому, представляющему на суде интересы вдовы Станислава Маркелова и его родного брата Михаила.

 

Адвокат сообщил, что не имеет права комментировать доказательства, которые еще не были предъявлены в суде, однако подчеркнул: «Я дорожу своей репутацией и не стал бы входить в дело, если бы не был убежден, что арестованные причастны к преступлению. Я часто выступаю защитником обвиняемых в политически мотивированных делах, со всевозможными фальсификациями, с полученными в результате угроз признаниями. Соответственно и по этому делу я первоначально испытывал сомнения: не является ли оно таким же? Но, изучив дело, пришел к выводу, что это не тот случай. Мне тоже сначала показалось странным, что Тихонов не избавился от орудия убийства. Но судить надо по совокупности всех доказательств, а не выдергивая их по одному. В суде Тихонов признал, что Браунинг, являющийся орудием убийства, действительно изъят у него в ходе обыска, но выдвинул в свою защиту версию о том, что пистолет был передан ему знакомым для ремонта. Сейчас в судебном процессе исследована лишь часть доказательств. Будут и еще, прямо доказывающие виновность подсудимых. Убежден, что когда все доказательства обвинения будут представлены в суде, то „мозаика“ сложится окончательно».

 

Новое время

Редактор сайта и автор справочных материалов - Анна Бражкина. annabrazhkina.com