запрещенное

искусство

18+

14.06.2009, Антон Котенев

Лаврентий: Хуй в очко Бычушкину – погром выставки «РуССкого леТТризма» в ЦДХ

Очередная попытка кураторов и организаторов сделать выставку, удобную для всех, - провалилась. И в этом есть и моя заслуга. Вечный позор гонителям Соц-арта! Накануне грандиозной выставки Андрея Ерофеева «Русский леттризм» в ЦДХ директор заведения Васисуалий Бычушкин отдал своей охране приказ разгромить экспозицию Войны, все работы уничтожить, а художников арестовать и передать в руки педов из якиманского ОВД.

За час до открытия выставки охрана напала на активистов группы, занимавшихся монтажом работ, в результате чего оказалась разгромленной лучшая часть «Леттризма». На этот раз погром произведений искусства учинили не православные идиоты, не фашиствующая мракобесня, а арт-функционер Бычушкин и его армия говноохранников при поддержке пидаров из ОВД Якиманка. Хотя какая блять между ними разница…

 



Все началось с того, что подзащитный Войны Андрюшка Ерофейкин сумел уговорить группу поучаствовать в уебищной новогламурной выставке «Русский леттризм». Пообещав за это публично выебать судью Таганского районного суда, женщину, Светлану Юрьевну Александрову (из небезызвестного зала №204) прямо во время ближайшего слушания дела, 19-го июня. Группа согласилась выставиться исключительно из приятельских отношений с куратором. Для друга не жалко. Иными словами – словами молодого пражского дарования художнега Вани-Раздевайся – «я по дружбе и в попу даю, и в рот беру». Но строго у друзей.



Леттризм – это такое искусство, когда многа букаф. Почти вся документализация акций Войны содержит буквы в их оскорбительных сочетаниях – оставалось только развесить баннеры, плакаты и фотографии в отдельном павильоне, поставить свежее видео с акции «Хуй в очко» все в том же суде на Таганке. И благодарно радоваться тихому сосетству с прорежимными художнегами круга Безе и Виктории Ламаско.



Но чтобы не поддрачивать в форточку воробьям, мы решили предъявить документацию Ебли на масштабном полотне 5х7 метров, вывесив его в окне над главным входом Дома художнегов, а Ерофейкину ничего про это не сказать, потому что у анархистов начальников не бывает. Типа сюрприз оппозиционному куратору незадолго до его посадки. Полотно завесили аккурат к пресс-конференции, посвященной началу пиздеца. Ерофейкин поблагодарил журналистов за содержательные вопросы и повел их на экскурсию по своим залам. Тут глазам общественности и предстала чудовищная ебанистическая картина, загородившая собой русское солнце. И начался адЪ
Журналисты, сотрудники в штатском и дирекция  ЦДХ в оцепенении застыли. Прекрасное мгновение остановилось.



Первым пришел в себя Ерофейкин Хитренький.



- Какое замечательное экспозиционное решение! – воскликнул Хитренький,  когда его окружила подшефная художественная группа.


- Да, вот это я понимаю – леттризм. Вот что сейчас нужно! - отметил великий художник Вадик Захаров и принялся фотать шедевр на говномобилу.


- Война – это самостоятельный, автономный микрокосм. Группе удалось его создать. Его можно запретить, но уничтожить – нельзя, - восхищенно отрапортовал олигарх-деревенщина Шалва Бреус и поцеловал землю вокруг.
Из несогласных был только директор ЦДХ Бычушкин…


«Как только часы пробьют 8 вечера и ЦДХ закроется на всенощную, я лично срежу плакат Медвежонка и бреннер баннер Путьки к чертям собачьим. Моим макетным ножыком!» Впрочем, бюрократ тут же получил по губам от своего хозяина, арт-олигарха Бреуса, который сказал, что плакат – хороший и очень всем тут нравится, и должен оставаться на своем месте, если мы либералы.


Тем не менее охранники ЦДХ по приказу Бычушкина все-таки срезали плакат – тихо, ночью, по-шакальи прокрались на экспозицию и совершили акт вандализма, утащив самое известное произведение российского актуального искусства в подсобку. Хотели типа своим раченьем показать, что им что ебать подтаскивать, что ебаных оттаскивать. Мне сразу представилась сцена третьей ночи из кинофильма «Вий».



Мы пришли на следующий день с утра, чтобы вернуть искусство на место. Когда я вошел в павильон Войны, Катя, Плут и арт-ухарь Женя готовили чудовищный баннер Ебли к новой завеске. Я присоединился.


Вокруг нас давал круги Ерофейкин и требовал убрать образец леттризма назад в подсобку. В конце концов, он исхитрился и молниеносно скатал огромный баннер в трубочку  и потребовал от набежавших журналистов унести его нахуй. Из сердца вон.


Мы собрались с силами, встали в пять рядов по восемь щщей и вернули работу на законное место. С криками «Соблюдайте ваш закон!», «Слава России!», «Гад – вонючка – серая тучка» и пр.


К этому моменту диспозиция резко поменялась. Администрация перешла в наступление. Речь уже не шла о завеске-незавеске-перезавеске Ебли – охранники получили приказ вывести из ЦДХ Петеньку Верзилова «за то, что в прошлый раз баранов привел». Бычушкины петушки имели в виду знаменитую акцию "Памятник Пригову против Плана Путина", когда Война в ЦДХ катала по предвыборным баннерам «Единой России» живой рогатый скот…



Рядом с экспозицией Войны появилось 12 жирных легковооруженных охранников с наручниками и говнорациями в руках.


Они были посланы нами  нахуй в естественном для современных художников стиле: «Все суки вон! Я – современный художник, а вы – ебаная челядь». Тогда вызвали ментов. Взвод пидаров прибыл необычайно быстро. Педы взглянули  на экспозицию Войны и прихуели.


- У вас очень превратное представление о милиции, Петр, - сказал начальствующий пидар. Видно, близкий друг Евсюкова, мелькнуло в моей голове.


Самый активный из петушков (невольный соучастник прошлой акции в ЦДХ) спрашивал у  пидаров, отчего они никак не наденут на Петра наручники и не вытащат его из зала за руки-за ноги. «Вы, полагаю, когда-то тоже служили в армии?» - риторически спросил пидарок. - «Нет, не служил» - растерянно ответил петушок. - «Ну вот и помолчите тогда» - обобщил педрила.


И пошло-поехало. Оказалось, что из всех художников пидарам больше всего нравятся все же «Синие носы», видимо потому что они про милиционеров работы делают. «Синие носы – это классика» - отрезал самый главный педрюша.
Не сумев совладать с неумолимо впадающим в дискурсивное безумие Петром, педы вызывали дополнительный наряд автоматчиков. Эти уже были какие-то совсем невтемовые и вряд ли читали «Синих носов» вообще. Они были даже не в курсах, для чего их вызвали, поэтому решили, что проблема в самой выставке. «Это, что ли, искусство?!» - разъяренный педряха из вновь прибывших ринулся к плакату «ПЛЕН: Пиздец легавым, ебаным начальникам!», сорвал его и сунул за пазуху в качестве «вещественного доказательства совершенного 282-го преступления группы».


Однако не тут-то было – под этим плакатом висел еще один «СЛОН: Смерть легавым от ножа» - мент сорвал и его, а там сразу –  «ГЛОБУС: Гадам легавым отомщу, блять, убью, сука» - тут уж у мента случилось помутнение рассудка: «Ты что же это, глумишься надо мной?» - крикнул он Пете и ударил ногой по стене: «А ну быстро подчинись, или я надену на тебя наручники и увезу в ОВД». «Товарищ милиционер, – не могу! Не могу я уехать в ОВД без своих работ, мало ли что с ними случится. Лучше пристрелите меня на месте и повесьте здесь мой труп вместо моих работ!» Тем временем Пед-хачик начинает снимать радужный гомо-плакат «Пестель нахуй не упал», под ним, разумеется, - «Я ебу медвежонка!». Ну настоящий леттризм!


- Вот как вам не стыдно, сейчас выставку закроют, как же вы такую падлу другим художникам подстроите?



- Да все художники только рады будут. Вот Кеша Нилин, ты будешь в обиде на Войну, если из-за нас выставку закроют? – спросил я, завидев проходящего мимо художника.



- Конечно не буду! И даже если вас посадят. Эх, был бы Пригов жив…



В конце концов, умытые Петенькой пидары уехали к себе в отделение обтекать и дрочить на украденные лозунги «ПЛЕН» и «ГЛОБУС». Бычушкин пришел в отчаяние. Он изображал на своей припидарашенной физиономии какую-то немыслимую степень ебанизма.


Бычушкин унижал Ерофейкина на его территории:Волевым жестом он поставил подсудимого куратора на колени. И начал речь так: «У тебя три минуты, Андрей, снимай работы! Иначе я закрою всю выставку на хуй».



Тут же разъяренный Бычушкин захотел убрать вообще все работы с матом. Включая творения мэтров Константина Звездочетова и Авдея Тер-Оганяна. Как вы думаете, что сказал на это Ерофейкин? Быть может этот гордый, небедный и независимый человек сказал: «Да съебись ты в хуй, Бычушкин! Твое место у кормушки. А меня, бля, зовут Андрей Ерофеев, и я родом из Парижу! Я ебашу ебала и выставляю у себя все, что захочу. Давай, подпидарок, закрывай выставку, вперед! Пресса ждет, верхи не могут, а низы не хотят». А? Нет, бескомпромиссный рецидивист-куратор Euro-fake-ин, который ебет Медвежонка в рот по нотам, а Мишку Леонтьева опускает на конюшне. Херо-блять-малафейкин, который петушит ментов, судью и судебных приставов прямо в зале суда во время заседания в присутствии лучших православных хоругвеносцев Москвы. А до этого в течение года харкавший с полуметра в харю юристу 3-го класса следователю Евгению Евгеньевичу Коробкову в кабинете Таганской прокуратуры на ул. Талалихина. Эро-сцуко-ахуейкин, засудивший на пару с Гариком Виноградовым жыдопидараса Уклюжего Вора – Лужка за то, что он и есть ебаный Уклюжий Вор. Он начал своими собственными бескомпромиссными ручками, покорно, как мальчик, снимать работы Войны.


Адское унижение куратора продолжалось в течение получаса непосредственно перед вернисажем. На глазах у арт-тусы и президента Альфа-банка (будущего премьера Латвии) Петра Авена. Также тут прохаживался мой преподаватель социальной философии Петр Сафронов.


Трясущиеся руки Ерофейкина не дотягивались до баннеров Войны, подвешенных под потолком.


Потом за дело взялись рабочие и холуи.


Да ведь Ерофейкина за это и судят Таганским районным судом – за антицензурные выпады, а он сам не хуже своих обвинителей – снимает работы с показа. Кто же теперь, когда Самодуркин добровольно уезжает на зону на 2,5 года, будет устраивать выставку «Запретное искусство – 2009»?.. Свиблушкина, что ли? Бля буду …



Петя кинулся вперед и закрыл собой экспозицию. Петушкам снова дали команду «фас». Завязалась нешуточная потасовка: «Гаси, его гаси! - ревел сквозь зубы Бычушкин, нервно скалясь на Петра. - Я тебя порву как газету!» Однако продолжал стоять на безопасном расстоянии от сцепившихся в схватке художников и петушков, пока Петр не показал ему палец.



На пол летели обрывки сорванных работ, и только один плакат красноречиво болтался на голой, ободранной стене: «Вечный позор гонителям Соц арта!».


Горькая истина скривила усмешкой мне рот. Я вооружился полуторалитровой пластиковой бутылкой и рванул в самую гущу драки. Сначала охуяривал бутылем. Затем вцепился пальцами левой руки в рожу здоровенного охранника и притянул ее как можно ближе, а правой в этот момент нащупал у себя на лице прыщ посочнее, надавил и стрельнул гноем в глаз охранника. Не стоит стесняться своего уродства, ящетаю! А современное искусство вообще толстый слой гноя и блевотины поверх кала и мочи, это знает и ребенок.


Вдруг хуяк – и больше ничего не помню. Последняя ассоциация – древний перформанс Бреннера «Одинокий цербер», когда  он спустил с цепи безработного Куличушкина и тот принялся валить и кусать за ноги художников вокруг.
В итоге Петеньку арестовали за избиение охранника. То есть по статье т. Шкобаря пойдет художнег. Сразу подъехали юристы, правозащитники, Толстый Наркоман, пожылые чеченки, говнари и прочие достойные люди. Очнувшись на улице перед входом в ЦДХ, я поднял на руки свою будущую супругу Надежду Добренькову и отправил  в травмпункт для освидетельствования побоев («Въеби ей побольнее на подъезде к травмпункту», - посоветовал мне Толстый Нар).



Дождавшись Вора и Козленка, которые все это время усердно монтировали на блатхате видеоролик акции «Хуй В Очко» (премьерой которого должен был открыться «Русский леттризм»), уцелевшая горстка активистов вновь взяла приступом ЦДХ, где все еще оставались висеть две наши работы – «Вечный позор гонителям соц-арта» и «Я хочу халву есть, я хочу на Путьку сесть». По периметру здания стояла охрана, на всех входах и выходах – автоматчики.
И чем только ЦДХ не угодил Уклюжему Вору, который давно уже присматривается к Бычушкину на предмет выгнать из родимых стен. Бычушкин уже превратил ЦДХ в бесконечные ярмарки шуб и меда. Ну чем не Уклюжий Вор в миниатюре. Все та же бессовестная диктатура, тот же доморощенный абсолютизм, та же ебаная хунта…



«Мы не участвуем в этом гавне. Надо отбить наши последние две работы, пока они там не провоняли» - сказал Вор. Прихватив встретившегося по дороге Сашу Жемчугова, мы пролезли через тайный лаз подвала в музей, поднялись на 2-й этаж и при большом скоплении ментопопов забрали работы. Характерно, что при появлении Вора охранка, еще недавно готовая казнить молодых художников, сбилась в стайку и шарахалась по углам, не приближаясь к фюреру и на 10 метров. Я вообще думаю, что присутствуй фюрер во время завески, никакого пиздилова бы и не случилось – Воротников бы там сугубо дискурсивно всех подавил. Когда забирали плакат про Путьку и халву, толпа из фанов Войны и коллег-художников, активистов Цензура сасёт! громко скандировала «Я хочу халву есть, я хочу на Путьку сесть!». И даже невинный бесхребетник Жора Литичевский в знак протеста против преследования художников собственноручно сорвал свой плакат «Цензура дура – Творец молодец» в знак солидарности с Войной. «Пусть на хуевой выставке остаются только хуевые работы», - прокричал Жора в лицо Ерофейкину.



На выходе из музея я въебал с развороту Петру Фаворову, стоящему в очереди за билетами. Просто под руку попал, сорри, если чо. Я сразу же перед ним извинился. Не уверен, что Фаворов расслышал, лежа на ступенях у входа. «Ты не охуел ли, разговаривать с людьми из “Афиши”? - Воротников был вне себя, - да еще мелешь какую-то хуйню, ми-ми-ми, я этого не хотел, извняйте. Ты не имеешь права в таком тоне говорить от лица Войны. Вьебал – и дело в сторону. Мы смелая, молодая группа!..» Вот такой у меня фюрер. А Тупицца отсасывает у Евсюкова в ОВД «Сокольники», с включенным электорошокером в очке…



Это я к тому, что Бычушкин скоро пострадает за искусство Пришло время.


Настал пиздец Бычушкину, ебаному начальнику!

 

ЖЖ Антона Котенева (Лаврентия)

Очередная попытка кураторов и организаторов сделать выставку, удобную для всех, - провалилась. И в этом есть и моя заслуга. Вечный позор гонителям Соц-арта!

Редактор сайта и автор справочных материалов - Анна Бражкина. annabrazhkina.com