запрещенное

искусство

18+

12.10.2006, Аргументы недели, Наталья Каданская

Православные эпатируют авангардистов

В редакцию «Аргументов неделi» позвонил читатель, посетивший ростовский Музей современного искусства на Дмитровской. Он рассказал, что на выставке «Искусство или смерть». Двадцать лет спустя» вместо четырех картин художника-авангардиста Александра Сигутина висят таблички: «Снято по распоряжению Ростовской епархии». Корреспондент «Аргументов неделi» отправилась в музей, чтобы разобраться в этой ситуации.


Одной из целей авангардизма в любых его модификациях является поиск радикально новых форм в искусстве. Этот поиск всегда сопряжен с разрушением стереотипов. Хороший авангард всегда свеж и «новорожден». Немалую роль в создании новорожденного образа играет разрушение зрительских (или читательских) ожиданий, эпатаж публики.

 

Авторы работ экспозиции – члены известного товарищества «Искусство или смерть» – недаром считаются мастерами авангардного искусства. Творческий путь товарищества начинался в годы перестройки в Ростове-на-Дону. Всем запомнилась скандальная выставка 1989-го «Италия имеет форму сапога». Свежо смотрелись работы художников в кооперативном туалете на Газетном. Теперь произведения хулиганов от искусства выставляются в элитных выставочных залах России, ближнего и дальнего зарубежья. Поэтому ростовская выставка работ известных художников в этом сезоне не столько способ заявить о себе, сколько ностальгическое мероприятие.



Православные протестанты



Казалось, ничто не предвещало скандала. Директор музея по научной работе искусствовед Светлана Крузе несколько опасалась, правда, что некоторым посетителям может не понравиться изображенный Юрием Шабельниковым торт в виде мертвого Ленина в горбу. Но напрасно: русская интеллигенция, как и в былые времена, «страшно далека от народа». Во-первых, многие не поняли, что это торт, а во-вторых, картина, хоть и написана в этом году, кажется достаточно архаичной: Ильича русское общество переварило еще несколько лет назад, теперь он никому ни под каким соусом не нужен.


Зато многих посетителей выставки, называющих себя православными, почему-то скандализировали картины Александра Сигутина, обращающегося к религиозной тематике. Поток верующих ежедневно увеличивался: каждому хотелось лично посмотреть на бесовские полотна и оскорбиться. Кроме рядовых возмущающихся посетителей, приходили несколько человек «из епархии» с требованием снять картины. Правда, никто из них представляться не захотел. Угрожали судебным разбирательством, казаками с нагайками и погромом выставки. Такого агрессивного давления на музей его сотрудники не припомнят. Разбираясь с поступившей в администрацию города жалобой, музей посетил и заместитель Александра Бедрика по социальным вопросам Виталий Брежнев. Чиновник осмотрел экспозицию, но не нашел в ней ничего крамольного.


Особенно активно вел себя Сергей Богданов, верующий, в недавнем прошлом художник. В свое время, кстати, он не был принят в товарищество. Он оставил примечательную запись в журнале отзывов, которую стоит процитировать: «Предлагаю русскую рулетку любому из вас во имя Господа Иисуса Христа. За все то, что вы делали в Москве (рубили иконы), молитесь искусству, а я – Господу. И посмотрим, кто останется прав». Сальерианские страсти Сергея Богданова, помноженные на религиозный фанатизм, нашли себе выход в рукоприкладстве: раб Божий Сергей нашел-таки время и место приложить десницу к лицу Александра Сигутина. Случилось это в музее, куда телевизионщики Ren-TV пригласили Сигутина для интервью. Художник на раба Божия подавать заявления в милицию не стал.


Вскоре из ростовской епархии пришел отец Никодим, пресс-секретарь владыки. Он настоятельно попросил снять картины Александра Сигутина ввиду их богохульного характера. Светлана Крузе пошла епархии навстречу. Теперь на месте сигутинских работ висят таблички, раздражающие отца Никодима: мол, не требовала епархия снимать картины – только попросила. Но эти таблички – своего рода художественный прием устроителей выставки, рефлексия на тему «Художник – общество». И не грешат они против истины по большому счету – скорее, обнажают одну из актуальнейших современных проблем.



«Образ Твой, мучительный и зыбкий…»



Чем же так задевают картины Сигутина чувства верующих? Нельзя сказать, чтобы до того, как мною были увидены опальные картины, я была настроена благодушно. Один из участников выставки, Авдей Тер-Оганьян, известен как «иконосек». И хотя его акция 1998-го года по рубке «ширпотребных» икон в Москве была задумана как критика иконоборчества 20 – 30-х годов, эта сторона его творчества не вызывает симпатии. Деструктивные действия художника до тех пор имеют смысл, пока не разрушается главное. Топор Тер-Оганьяна сработал грубо. Очевидно, тер-оганьяновская тень из прошлого легла на все работы выставки.


Но в музейной подсобке мне показали чудные картины Сигутина – и вся настороженность мгновенно исчезла. Конечно, слухи о матерных словах на сигутинских полотнах оказались безосновательными. Эти работы – творческое осмысление традиционных сюжетов и персонажей русских икон. По словам Светланы Крузе, отца Никодима смутило то, что мазок наложен на лик Спасителя. Действительно, то, что в традиционной иконописи тщательно прорисовывалось, на картинах Сигутина тонет в мазках – преимущественно красно-желто-коричневой гаммы. Но это цветовые, композиционные, тональные пятна. Они имеют определенное художественное значение. Ведь существуют же, например, портреты, где не прописаны глаза, губы… Мне оказалось близко видение икон Сигутиным. Детское воспоминание: я, близорукий ребенок, стою с бабушкой на службе в храме; запах воска, полупонятные слова священника и золотисто-коричневые пятна икон сквозь подрагивающее пламя свечей. Неужто так смотреть на иконы – богохульство? А так ли уж хорошо современный человек разбирается в обрядовой стороне православия? Может быть, Сигутин передал именно специфику нынешнего восприятия иконописи и православия вообще. Есть и еще один важный момент в этих работах. Художником ставится под сомнение истинность канонических изображений святых. В иконописи принято (и это имеет строгое религиозное обоснование) писать лики определенным образом, все святые наделяются определенными чертами лица, и сведущий человек никогда не спутает Николая Угодника со святым Андреем. Но стоит ли полагаться на человеческую память и знания? Пятна на картинах Сигутина – это метафора пятен в истории религии. На его полотнах узнаваемы фигуры, религиозные сюжеты, сохранены нимбы, а мазки напоминают о том, что все человеку знать не по силам, разве что с усилием прозревать. Художник здесь смиренен и скромен. Почему его упрекают в дерзости? Даже Моисею на Синайской горе Господь не являл своего лика.



Кто же нарушил заповеди?



На выставке осталась работа Сигутина «Десять заповедей», которая представляет из себя десять белых табличек, на каждой – по заповеди. Смысл проекта в том, что библейские слова в современном контексте начинают непривычно звучать, обогащаются новыми смыслами. Особое звучание они приобретают в свете рассказанной истории. Ирония в том, что авангардисты не нарушили ни одной из библейских заповедей, художники даже оказались ближе к ним, нежели обыватели, – принципиально отказались от сотворения кумира. Сигутин не стал требовать у Богданова око за око. А Крузе убрала хорошие картины, потому что попыталась проникнуться чувствами своих идеологических противников. Тоже своеобразная вариация на тему «возлюби врагов своих». Зато противоположная сторона упоминала Господа всуе несчетное количество раз. И судила. Богданов именем Иисуса призывал к убийству методом «русской рулетки».


Поиронизировать можно не только над верующими, но и над авангардистами, потому что еще неясно, кто кого больше эпатировал. Художники, размыкающие границы искусства в жизнь, обрели неожиданных соавторов, которые, сами того не желая, наделили их произведения новым трагикомическим измерением.

 

Аргументы недели

Редактор сайта и автор справочных материалов - Анна Бражкина. annabrazhkina.com