запрещенное

искусство

18+

14.07.1998, Художественный журнал, Игорь Забел

Игорь Забел: Теперь им вменяется агрессивность

Стокгольмский проект был посвящен (программно) диалогу Востока и Запада и (менее явно) проблеме доминирования в этом диалоге. Злополучное "Открытое письмо к художественному сообществу", объявлявшее Олега Кулика, Александра Бренера и Виктора Мизиано врагами искусства, демократии и женского пола (может ли "политкорректное" сознание измыслить более ужасные обвинения?), посему как они не приняли "на веру" предложенные условия диалога, можно оценить симптоматичной "оговоркой".

 

Однако вскоре деятельность и Бренера, и Кулика была перекодирована, а роль и значение их акций получили новую дефиницию. Художественный мир определил им место внутри своего устоявшегося дискурса: они стали представителями "другого", а в данном конкретном случае – представителями дикой, опасной, наивно критической, но странно влекущей "русской сущности". Теперь им вменяется агрессивность: битье окон и т. д.

 

Таким образом, мы сталкиваемся с парадоксом, который состоит не только в том, что, рассматривая художников просто как представителей фантазматической "русской сущности", мы упускаем из виду то измерение, благодаря которому их искусство интересно как таковое, но, более того, парадоксально и то, что две ведущие актуальные стратегии в русском искусстве – обращение к насилию, с одной стороны, и обращение к глубоко субъективному, ускользающему от коммуникации языку, с другой, – что две эти стратегии, которые могут быть поняты как попытка противостояния системе репрезентации/описания, оказываются в конечном счете апроприированы самой этой системой и приобретают "репрезентативную" ценность.

 

Фрагмент из статьи "Мы и Другие", ХЖ, №22

Редактор сайта и автор справочных материалов - Анна Бражкина. annabrazhkina.com