запрещенное

искусство

18+

11.05.1992, Сергей Ануфриев

Сергей Ануфриев: Три банта вместо аксельбанта

«Резня» в галерее «Риджина» задела, совсем того не ожидая, гораздо более глубокие и разветвленные корневые системы русского «соборного интертекста», чем акция Германа Ницша (Нитча в другой транслитерации. – Прим. ред.) по отношению к западному коллективному сознанию, проделанная 30 лет тому назад. Именно эти наши «больные струны» меня и привлекли, перекрыв дезавуирующий эффект, предоставив обширный и ж и в о т р е п е щ у щ и й    м а т е р и а л   для размышлений.

 

 

 

Прежде всего обратимся к эпосу об Орфее, чтобы раскрыть поле определенных сюжетообразующих потоков и их пересечений в «патотопологических» и «патохронологических» срезах, порождающих искомые «узлы» и «связки»и их «иллюстративные бантики».



«Оглядка» Орфея повлекла за собой реакцию в виде «слепоты» Гомера, которая, в определенном смысле, инспирировала «прозрения» Вергилия. Вергилий выступил в роли проводника (или «поводыря») Данте Алигьери в сюжете путешествия по кругам Мира Иного, потустороннего. Инспирация предстает как некий сюжет: «старший» (и авторитетный) поэт проводит младшего по иному миру, показывая его ему и посвящая младшего в знание о царстве «до начала и после конца», что касается не только жизни, но и каждого конкретного литературного произведения.



Данте таким же образом поступает по отношению к Пушкину, проводя его в мир иной. Он делает это в виде Дантеса (сервильная приставка «с» в конце фамилии отсылает к образу гида- экскурсовода). Таким образом, в литературном поле Дантес не является убийцей Пушкина. Роль убийцы берет на себя Лермонтов, зафиксировавший убийство в русском литературном сознании стихотворением «На смерть поэта». Именно он указал на смерть Пушкина, делая понятным набрякшее бредовое желание, гнездящееся в коллективном бессознательном русского литкосмоса – сказать «Лермонтов убил Пушкина!». В этом орфическом ракурсе Лермонтов, подменив Дантеса, как бы «оглядывается» на Пушкина, странным образом «завязывая бантик» – ведь он является непосредственным потомком Тома Лермонта, Орфея шотландского литературного космоса, того самого Лермонта, увлеченного в страну фей (в русском контексте это звучит особенно внятно: «Орфей, попавший в царство фей»).

 

Сергей Ануфриев

Дата проставлена ориентировочно

Редактор сайта и автор справочных материалов - Анна Бражкина. annabrazhkina.com