запрещенное

искусство

18+

05.12.1996, Новый взгляд, Александр Никонов

Алексей Костин: Преступление продолжается

«Да ты, я вижу, не уймешься!»

Иисус Христос пострадал за всех людей. Сильно причем пострадал. Органы юриспруденции, охранявшие тогдашний порядок, приговорили богохульника и возмутителя спокойствия к смертной казни через распятие. Христос был казнен вместе с двумя уголовниками.

С тех пор времена помягчели. За богохульство уже не казнят, но на страже общественного порядка юриспруденция стоит крепко. Издателя газеты «Еще» Алексея Костина не распяли, а просто целый год продержали в тюрьме. Он пострадал за всех газетчиков. Все громы и молнии, все недовольство власть имущих свободной прессой, как громоотвод, притянул на себя интеллигентный и больной Костин.

 

Его, издателя, который по закону даже не отвечает за содержание газеты, взяли и на год следствия посадили в тюрьму, обвинив в производстве порнографии. (Справка: за содержание газеты несет ответственность главный редактор, а не тот, кто газету продает или организует процесс производства тиража.) При этом газета имела официальное разрешение Госкомпечати и со стороны последнего к ней не было никаких претензий.

 

Газета, кстати, до сих пор издается (только теперь в Риге) и распространяется в Москве. Парадокс: преступник Костин в тюрьме, значит, обезврежен, а преступление продолжается! И, главное, органам на преступление наплевать. Органы занимались Костиным, решая главную задачу – не выпустить его из тюрьмы до суда. Не изменять меру пресечения, ссылаясь на «общественную опасность преступления». Представляете?! Порнография, оказывается, опасна для общества! Бред… Причем бред в квадрате.

 

Прокуратура аргументировала свое нежелание выпускать Костина не только пресловутой «опасностью» его «преступления». Но еще и тем, что он, с одной стороны, может пустится в бега, а с другой – будет продолжать преступную деятельность по выпуску газеты (при этом то, что газета продолжает издаваться и продаваться, прокуратуру не волновало – лишь бы это делал не Костин!). На логику они там тоже внимания не обращали: ведь если Костин пустится в бега, то он не сможет выпускать газету. И наоборот.

 

Но главным перлом, почему Костина нельзя пускать на волю, был прокурорский пассаж о том, что на воле Костин будет «формировать общественное мнение в свою пользу». С каких это пор формирование общественного мнения стало преступлением?

 

Некоторые наблюдатели считают, что необычайная бредовость действий и беспричинная жестокость следователей носит лишь кажущийся характер. А на деле дело санкционировали конкурирующие секс-издания, коим набирающая силы «Еще» была как шило в жопе. Но это лишь версия. Можно с ней соглашаться или не соглашаться. Если не соглашаться, значит следователи просто дураки и звери. Если соглашаться…

 

Вот факты: газета «Еще» была практически выбита с рынка секс-изданий, ее тираж упал на порядок, газету издают теперь другие люди в другой стране. До нас докатывается лишь жалкое эхо тиража. Предприятие Костина понесло убытки на сотни миллионов рублей. Кстати, те же злоязычные наблюдатели, видимо, злостно клевещут на следователей, арестовавших тираж костинского номера «Еще», когда говорят, что вещественные доказательства (тираж газеты) ментами просто распродан.

 

А началось все, между прочим, с давней статьи Юрия Власова в газете «День», где он обрушился на «Новый Взгляд», упрекая его за то, что «НВ» предоставил слово редактору «Еще» Владимиру Линдерману, который, будучи гражданином Литвы, проводит-де израильскую политику в России. (Закручено на зависть покойному Юлиану Семенову!). И вообще, «Еще» – порнографическая и антирусская газета. Куда только смотрит милиция?..

 

Видимо, милиция смотрела в газету «День», потому что сразу начался наезд. Он начался со звонков из МУРа, ареста тиража, а закончился продолжительным тюремным заключением невиновного человека. Следствие велось с многочисленными, как это у нас водится, нарушениями УПК. Да и что другого можно было ждать от полуграмотных следователей, которые пишут в протоколах «пАрнография», «сексопОтология»?

 

Сейчас Костин и его подельник писатель Зуфар Гареев находятся в ожидании очередного судебного заседания.

 

– Отчего же у нас так нервно некоторые недалекие граждане относятся к порнографии? – спрашивал я у Костина. – Наш народ стрельбой и взрывами не напугаешь. Наш народ не боится ни чумы, ни голода. А вот голой письки боится. Со времен Сталина еще, когда порнографию начали преследовать. Уже и Сталина не боятся, обливают почем зря. А голой письки все опасаются. Будто именно писька – величайшая угроза для безопасности страны.

 

– Н-да, Родина-мать оказалась фригидной…

 

На что ты живешь, выйдя из тюрьмы?

 

– На свое честное слово. Ведь меня многие знают по бизнесу, я же не только газету издавал. Еще друзья помогают. Мои счета арестованы, да и банк, в котором они лежали, за время моего заточения обанкротился. Денег нет. Никто не желает иметь дело с человеком, чей социальный статус неопределен: я ведь подсудимый, что будет со мной дальше, никто не знает.

 

Тем не менее сломить Костина не удалось. Несмотря на то, что приговор еще не вынесен, Костин решил… продолжить свою «преступную деятельность».

 

– Говорю всем: я возобновляю издание газеты «Еще» в России. Я объявляю подписку на первое полугодие 1997 года!

 

Новый взгляд

Редактор сайта и автор справочных материалов - Анна Бражкина. annabrazhkina.com