запрещенное

искусство

18+

17.04.2001, НАИИ, Александр Медведев

Александр Медведев. Из поваренной книги актуализма

Там, где западный постмодернизм имеет дело с фетишем (и его товарной сущностью),

русский - с сакральной, точнее - сакрализованной реальностью.

Михаил Берг1

 

 

20 сентября 1997 г. в Югославии проходила III Цетиньская биеннале, один из разделов которой назывался "Nova Ikona". А уже 25 сентября зрителями были сорваны со стен иконы, обезображенные "актуалистами" Александром Сигутиным и Авдеем Тер-Оганьяном. Митрополит Черногорско-Приморский Амфилохий потребовал закрытия этого раздела биеннале.

 

По мнению А. Тер-Оганьяна, "человек стал современным тогда, когда сказал, что Бога нет, либо вошел с ним в некие иные, не ортодоксальные отношения". "В этих работах, - пояснял он, - как бы отрабатывалась практика надругательств: надругательство над религией, надругательство над матерью, надругательство над героями Великой Отечественной и т.д. Эпатаж для меня является одной из форм современного искусства, продолжающей его дадаистские традиции. Я вкладывал в эту работу только эстетический заряд, рассматривая ее только как ироническую и смешную, но оказалось, что она актуальна и как прямой жест, о чем не жалею"2.

 

Под давлением прессы и общественности выставка в Черногории была закрыта. Среди художников, участников "Nova Ikona", также оказались люди не одобрившие осквернения. Константин Звездочетов, понимающий толк в эпатаже, тем не менее, выразился так: "легкомысленно относящимся к предметам культа и вообще к сакральному, хочу сказать: "Если у вас нету смелости иметь за душой что-нибудь святое, то оставьте за другими право это святое иметь"3.

 

Фонд Сороса и другие организации, заинтересованные в финансировании "отработки надругательств", отнюдь не легкомысленно относятся к сакральному, курируя программы по "десакрализации ценностей традиционного общества". Оганьяны в таких мероприятиях являются лишь исполнителями. "И хотя я не снимаю ответственности с художников, - продолжил К. Звездочетов, - все же считаю, что главная вина за случившийся скандал лежит именно на господах кураторах"4. Генеральным комиссаром Цетиньской биеннале был Андрей Ерофеев, правозащитник дадаистских традиций надругательств, после рубки икон топором А. Тер-Оганьяном в московском Манеже в декабре 1998 г, заявивший, что это была "оригинальная авторская идея"5. Его мнение разделили многие деятели "современного искусства" и не замедлили высказать его в различных СМИ.

 

"В России, как и в Югославии, церковь отделена от государства и вроде имеется современное искусство. Говорят: не путай божий дар с яичницей. Но если сегодня художник сделает из божьего дара яичницу - это его право. И он не обязан при этом нравиться окружающим". Владимир Мироненко утверждает это в своей статье "Травматология духа"6 и заключает, что его "любимая Родина должна пройти курс лечения в отделении травматологии. Травматологии духа".

 

Откуда такой диагноз?

 

В. Мироненко считает, что Россию с Югославией, "страной с мифологическим сознанием", в которой российские художники выставили оскверненные ими иконы ("Nova Ikona"на Цетиньской биеннале в 1997г.), "объединяет глубокая травма, вызванная распадом государства и переживаемая многими как страшное унижение национального достоинства, утраты былого величия и понижение в звании". Травма получена по причине того, что "Столкнулись лбами ортодоксальная традиция местных националистов и радикальный либерализм российского розлива". В. Мироненко, т.о. огласил заключение консилиума "ХЖ".

 

Медики Востока и Запада придерживаются мнения, что самое сложное в лечении болезни - установить правильный диагноз. Броское определение "травматология духа" требует проверки, в том смысле - кто именно больной? Перепутать божий дар с яичницей и сделать из него яичницу - совсем не одно и то же. Более того, лукавое неведение не обязано нравиться окружающим не только в Югославии, России, Иране, - страшно подумать! - оно не обязано нравиться окружающим даже в благословенных США. И оно таки там не нравится! Ситуация не меняется, как предполагает В. Мироненко, если сей "художественный акт совершается на территории искусства".

 

В Нью-Йорке в Бруклинском музее в 1999 г. проходила выставка британских радикальных художников, которая называлась "Сенсация". На ней фигурировала картина британца африканского происхождения, Криса Офили, изображающая Мадонну, грудь которой была выполнена из слоновьего навоза, а по бокам нее приклеены силуэты ангелочков, вырезанные из порнографических журналов.

 

Рудольф Джулиани, мэр Нью-Йорка, города, не переживающего ни распад государства, ни страшного унижения национального достоинства, ни, тем более, утраты величия - занял непримиримую позицию, защищая культуру и религиозные чувства верующих американцев. Здравый смысл и озабоченность будущим своего народа говорили от лица Джулиани о недопустимости показа таких "произведений" в учреждениях культуры. Это безо всяких объяснений поняли и представители различных христианских общин, каждодневно выходившие к зданию музея с требованием прекратить проведение подобных "выставок". Пиком негодования ньюйоркцев на проведение в Бруклинском музее ритуального осквернения Пречистого образа Мадонны стал стихийный протест 72-летнего пенсионера Денниса Хайнера. Пенсионер, симулируя сердечный приступ, приблизился к "картине" и воскликнув: "Это богохульство!", облил её белой краской. Творение Офили, гордость коллекции миллиардера Саатчи, немедленно отправили на реставрацию в мастерские музея, и оно надолго покинуло экспозицию.

 

В центре современной мировой культуры, в музее - на территории искусства - превращение божьего дара в яичницу остается точно такой же стряпней, какую делают в любой другой точке земного шара. И это блюдо не нравится - никому и нигде, будь то Владин дом, Манеж или Бруклинский музей.

 

Люди на Востоке и Западе, несомненно, сходны в одном: вопросы сакрального плана неизменно встают перед ними, и уровень потребления никак не влияет на принимаемые решения.

 

Есть особенность у оплачиваемых и идейных хулителей России, "страны максималистов": с кем бы американская "ортодоксальная традиция местных националистов" ни столкнулась, никто из российских критиков "современного искусства" никогда не позволит взять на себя смелость поставить в связи с этим диагноз: США духовно травмированы. Это выглядело бы кликушеством. Почему же в случае с Россией кликушество выдается за диагноз?

 

Стоит только попробовать освободиться от стереотипов, как выясняется, что все не так просто. Внимательный взгляд убеждает - там, где может показаться, будто западный постмодернизм имеет дело с фетишем, мы вдруг обнаруживаем, что он встречается с чем-то сакральным. Что мы наблюдаем, - рецидив ортодоксальных проявлений в либеральной среде, рассматривая реакцию на "Сенсацию" высокопоставленного Джулиани и рядового пенсионера Хайнера? Или же это здоровое отношение к проблеме сакрального, осознанное или инстинктивное проявление чувства культурного и духовного самосохранения?

 

Диагностируя состояния умов в "мифологизированных" государствах, некогда посмотреть на себя, опьяненных радениями "актуального искусства". Оно подобно эфиру, - усыпляет, оставаясь воспламенимым. "Актуалисты", как и токсикоманы, неадекватного воспринимают действительность, отсюда их необыкновенная легкость в провоцировании социокультурных и межрелигиозных пожаров. Мы бы посоветовали им отложить творения литературного трансвестита Макса Фрая и почитать Макса Фриша. Его герою, Бидерману на чердак подозрительные типы все время приносят канистры с бензином, но он так и не находит в себе смелости признать это положение угрожающим и принять меры. Дом, в конце концов, загорается.

 

1. Берг М. Литературократия. М., Новое литературное обозрение. 2000. С. 271

2. "ХЖ" № 34/35. М. 2000. С.131

3. Там же, с.132

4. Там же.

5. Ерофеев А.В.. Опровержение экспертизы А.И.Морозова

6. Мироненко В.. Травматология духа. "ХЖ" №34/35 за 2000 г. С.130-131.

 

Из кн.: Новиков Т. Наследники Хама. СПб.: Художественная воля, 2001

Редактор сайта и автор справочных материалов - Анна Бражкина. annabrazhkina.com