запрещенное

искусство

18+

28.10.2011, ТК Дождь

ТК Дождь: Арт-группа Война защитила группу Pussy Riot

Дождь: Необычный Кофе-Брейк будет у нас сегодня. Потому что в гостяху нас сегодня двое — Петр Верзилов и Надя Толокно из арт-группы Война. Здравствуйте, спасибо, что пришли. Ну и, собственно, главный вопрос, который бы хотелось с вами обсудить — вчера в прессе появились заявления о том, что задержали вас сотрудники правопорядка, и дальше, собственно — самые разные версии: задержали за акцию, задержали просто так, удерживали до заполнения протокола, избили... Что, собственно, вчера произошло, расскажите, пожалуйста.

Толокно: В связи со вчерашним было много достаточно дезинформации, потому что многие подавали это, будто бы мы совершили некую акцию. На самом деле это было не так. Мы лишь присутствовали на выступлении одной нашей знакомой панк-группы. Это такой девичий коллектив, достаточно новый, их название Pussy Riot и они сейчас проводят свой премьерный гастрольный тур. И они выступают в таких неклассических местах, поскольку это такая инициативная группа...

Дождь: Скажите, пожалуйста — на станции метро «Аэропорт» некоторое количество людей разорвали пуховую подушку, разбросали конфеты и играли на акустических гитарах.

Толокно: Эти три девочки, они были в разноцветных шапках, и они делали все, что вы описывали, при этом они отыгрывали концерты, они отыгрывали песню, лейтмотивом которой было «Освободи брусчатку!»

Дождь: Можем же мы показать фотографии со вчерашнего концерта группы ваших знакомых подружек?

Толокно: Да, они связались с нами после этого, и прислали нам фотографии, и разрешили их показать.

Верзилов: Перед этим стоит рассказать, почему это событие привлекло такое пристальное внимание прессы вчера. Потому что среди зрителей этого концерта — а девушки имеют некоторое отношение, они считают себя антифашистами. А к антифашистам, как известно, с 28 июля прошлого года наш небезызвестный центр по борьбе с экстремизмом МВД, он проявляет самое пристальное внимание. Так вот, примерно добрая треть зрителей этого панк-выступления на метро «Аэропорт» были сотрудники центра по борьбе с экстремизмом.

Дождь: Сколько было зрителей всего?

Верзилов: Где-то в районе 30-35 зрителей всего, часть из них — это люди на станции, часть приехало и человек примерно 10-15 — из Центра.

Показывают фото.

Верзилов: Вот это те самые девушки. Оператор с ними на вышке.

Дождь: А это как, простите — они притащили вышку с собой?

Верзилов: Они залезли на вышку, которая используется, видимо, для замены ламп и прочих вещей . Да, так вот самый интересный момент произошел, когда сотрудники Центра по борьбе с экстремизмом бросились в конце выступления задерживать не собственно участниц концерта, а людей — активистов, которые были им просто знакомы. Например, вот они Надежду очень хорошо знают, меня они очень, очень, так сказать, пристально … работают с нами. И вот они как бы разбились по группам, там, по три человека и в жесткой форме начали задержания...

Дождь: То есть, вот этих вот исполнителей не задержали, а задержали вас.

Толокно: Оказалось так, что, когда они задерживали нас, бросили на нас все силы, мы, естественно, сопротивлялись, спрашивали — за что, ведь мы просто стояли — смотрели

Дождь: Дали время остальным уйти, т. е. получилось так?

Толокно: Они сели в вагон и скрылись.

Дождь: И главный вопрос — били или нет?

Толокно: Пока задерживали — да. Но со мной обходились еще проще, ведь они, как известно, сексисты — девушек не бьют, они бьют мужчин.

Верзилов: Ну да, меня задерживали в крайне жесткой форме. Примерно четверть сотрудников Центра, которые набросились, практически повалив, и дальше, по пути до линейного отдела на метро «Аэропорт», они периодически вставляли какие-то побои, затрещины.

Толокно: Надо отметить, что это были именно сотрудники центра «Э», а сами полицейские на этой станции даже пытались защищать Петра.

 

Дождь: То есть конфликт ведомств чуть не спровоцировали?

Толокно: Да, а сотрудники центра «Э» просто настоящие звери.

Верзилов: Да, вот эшники совершенно озверевшие были.

Дождь: А что дальше было в отделении? Как, собственно, долго задерживали? Потому что Евгения Чирикова, которая первая, насколько я знаю, рассказала о вашем задержании...

Верзилов: Да, одна из первых

Дождь: обращала внимание на то, что у вас — несовершеннолетняя дочка, поэтому вас держать больше трех, если я не ошибаюсь, часов в отделении нельзя, соответственно.

Толокно: Держали шесть часов. Там было все совершенно незаконно. Потому что нам, начиная на пятом часу пребывания в отделении милиции припаяли статью 20.2 - «митинг». Мы очень долго спрашивали их — неужели стоять на станции и смотреть на чье-то выступление является митингом? Нет, они молчали - просто потому, что это была команда свыше, были какие-то полковники, которые приехали туда и они скомандовали привязать нам хоть какую-то статью, потому что ее не было.

Верзилов: Отделение было захвачено сотрудниками Центра «Э», их руководством, которые совершенно в оперативном порядке... приехало еще человек восемь, видимо, из управления...

Дождь: Видимо, перекрывали вчера дороги (шутит)

Верзилов: Возможно. Они очень спешили с метро «Аэропорт», естественно, не на метро, а на машинах с мигалками, собственно, они стали там командовать начальником этого отделения, видимо, там был какой-то полковник, который человек в галстуке, естественно, без формы — вот он в очень жесткой форме ходил и говорил, что делать.

Дождь: Они приехали через полчаса после задержания?

Верзилов: Да, старшее командование.

Дождь: Но при этом припаяли статью только через пять часов? Четыре с половиной часа...

Толокно: Мы сидели в обезьяннике. Ну и разговарилвали.

Верлимвов: Четыре с половиной часа они проводили то, что называется «оперативные работы». Все время ходили кругами, пытались вытащить хоть какие-то детали, угрожать, дать какие-то там затрещины, уже были в конце какие-то вялые попытки.

Дождь: Устали бить (шутит)

Толокно: Но они были дико довольны. Честно говоря, не знаю, почему. Потому что они взяли не того, кого нужно. Они стояли там, как коты, и облизывались.

Дождь: То есть вменили спустя пять часов

Верзилов: Шесть часов.

Дождь: И потом сказали «ребята, по домам»? Или как?

Верзилов: В какой-то момент им просто надоело вести вот эту всю так называемую «оперативную работу», кто-то из начальства уехал, устав, спать, кто-то сказал, разрешил, сотрудникам линейного отдела оформить, закончить с бумажной волокитой...

Дождь: Продолжение будет, собственно? Следствие, суд?

Толокно: Сегодня должен был быть суд, но, естественно, никто на него не явился. Сегодня он в 10 утра должен был быть.

Дождь: Почему не явились?

Толокно: Совершенно незаконное задержание — нелегитимный суд.

Верзилов: После такого задержания есть традиция не являться на суды.

Дождь: А что, собственно, могут вам предъявить, и насколько строгим может быть наказание?

Толокно: Сейчас уже ничего.

Верзилов: Что-то по статье 20.2 — это штраф и сутки, как обычно, традиционные. Мы больше всего рады, что эта вся ситуация позволила девушкам собственно, действительным героиням вчерашнего выступления, по сути совершенно спокойно уйти и остаться не при делах.

Дождь: ну что ж, спасибо вам за подробности, честно говоря, невероятно интересная история. Петр Верзилов и Надежда Толокно были в гостях, активисты группы Война, рассказывали про то, как вчера выступили живым щитом буквально на станции метро «Аэропорт».

Редактор сайта и автор справочных материалов - Анна Бражкина. annabrazhkina.com