запрещенное

искусство

18+

09.12.2012, Паблик Пост, Мила Дубровина, Алиса Иваницкая

"Завтрашние эсэсовцы" пришли в Эрмитаж

Прокуратура Санкт-Петербурга начала проверку Эрмитажа на экстремизм после того, как в надзорные органы поступили жалобы на работы, представленные на выставке братьев Чепмен.

"Проверка проводится в связи со 117 заявлениями граждан", — сообщили PublicPost в ведомстве, но заявителей раскрыть отказались. Ожидается, что результаты проверки будут объявлены на следующей неделе.

 

Директор музея Михаил Пиотровский в свою очередь написал письмо генеральному прокурору России Юрию Чайке и попросил принять меры: "Это культурная деградация нашего общества. Это доносное использование общественного мнения. Ничего кощунственного здесь нет, а явное желание испортить настроение в городе — есть".

 

PublicPost обсудил творчество братьев Чепмен с искусствоведом Гельманом, депутатом Милоновым и православным активистом Энтео.

 

Марат Гельман, галерист, коллекционер произведений современного искусства


— Вы же ожидали такую реакцию? У вас в ЖЖ была соответсвующая запись после того, как питерские казаки "Лолиту" запретили.


Ой, да. Возможно, когда эта ситуация разрешится, она послужит правильному делу. Вот, говорят, Гельман — провокатор, выставляет какое-то не то искусство. Другое дело — претензии к Эрмитажу, потому что у Эрмитажа статус очень высокий. Становится еще более понятным, что для мракобесов неприемлемым является не конкретный Гельман, а вообще искусство. Они не понимают, что искусство живет в иллюзорном мире, в пространстве жеста. Таким же образом они могли подать в прокуратуру на Третьяковку и сказать, что репинская картина "Иван Грозный убивает своего сына" — это пропаганда убийства. Они могли бы потребовать запрета "17 мгновений весны", потому что там ходят люди в фашистской форме. Они не понимают, что художественный образ имеет свой замысел и считывают его, как реальность.

 

У Михалкова в последнем фильме взрывается церковь, можно обвинить Михалкова в том, что он разрушает церкви. Это люди, которые не имеют опыта взаимодействия с искусством, они не ходят ни на какие выставки, не ходят ни в какие музеи, они не знают, что в Эрмитаже большое количество работ с обнаженной натурой. Они вдруг проснулись и обнаружили, что искусство живет по другим правилам, им эти правила не нравятся. Вместо того, чтобы продолжать никуда не ходить, мракобесы пытаются эти правила поменять.

 

— Расскажите немного о творчестве братьев Чепмен, как на их работы реагируют в Европе?


То, что делают братья Чепмен, очень сильно связано с эстетикой современного кино, с антиутопией, с фильмами, где будущее похоже на прошлое. Они впускают в сегодняшнюю жизнь тему концлагеря.

 

Вообще братья Чемпен — один из столпов современного британского искусства, они стали всемирно известными после выставки Sensation. Они начали с того, что визуализировали Капричос (серию офортов испанского художника Франциско Гойи — PublicPost), они работали с Босхом. Антиутопию и концлагерь они пытаются найти в прошлом и протягивают эту тему в сегодняшний день. Понятно, что концлагерь сусальными картинками не изобразишь, это достаточно мрачная, но в то же время важная фантазия. В Германии их работы, кстати, принимали совершенно спокойно.

 

Мы должны различать сигналы в современности: мракобесы, которые выступают против выставки, могут стать завтрашними эсэсовцами. Они наденут форму и начнут распинать все символы современной жизни.

 

— А как быть с оскорблением главного христианского символа? (В инсталляциях братьев Чепмен нацисты несут на крестах плюшевых мишек, а на импровизированной Голгофе — распятый клоун из McDonalds).


Распятие как символ очень часто используется художниками для своих задач и обычно намек прямо противоположен тому, который представляется мракобесам. Вспомните, был такой очень верующий художник Вагрич Бахчинян. У него была работа в 70-х годах, где на распятии вместо головы у Христа был орден Ленина. Эта работа — укор коммунистам за то, что они покоряются Ленину как Богу. И эту работу расценивали как издевательство над христианскими символами. Когда Косолапов сделал Coca Cola is my blood and McDonalds is my body, он пытался критиковать общество потребления. Ну а если говорить о политике, то мракобесов в Москве не меньше, чем в Питере, но Третьяковку пока не трогают. Значит в Питере они получили сигнал, что власти с ними.

 

Виталий Милонов, депутат Законодательного собрания Санкт-Петербурга от "Единой России":


"Я понятия не имею, что это за выставка, и никогда бы в жизни не стал высказывать или писать что-то против уважаемого мной Михаила Борисовича Пиотровского. Ни в коем случае. Никого отношения к этому не имею. Сам узнал из СМИ.

 

Но в целом: есть вопросы культуры, есть вопросы этики. Вопросы этики сейчас очень немодные. Если мне не понравится, то я не пойду со своей дочерью туда. 22 года можно провести в "Эрмитаже", если останавливаться у каждой картины на минуту, поэтому я предпочту отвести своих детей посмотреть Рубенса, Тициана или живопись о войне 1812 года. (PublicPost напоминает, что Рубенс и Тициан выбирали не самые целомудренные сюжеты для своих произведений) Я современное искусство не воспринимаю, считаю его закатом. Но я свою точку зрения не навязываю — кому-то же нравится "Черный квадрат".

 

Дмитрий Энтео, православный активист. Попросил на подготовку к комментарию 40 минут и вот что у него получилось:


"На выставке мы видим серьезный кризис постмодерна, когда люди вынуждены, чтобы привлечь к себе внимание общественности, глумиться над святынями нашего народа, над святынями православной веры — крестом, распятием, на котором умер за наши грехи Творец миров.

 

Эта экспозиция достаточно самоиронична: на место Бога они ставят Рональда Макдональда. Я увидел в этом крик безысходности их поколения, которое на место Бога возводит идола потребл*дства. Для них это общество потребления с либеральными ценностями заменило Бога. И всех тех, кто пытается их освободить из плена ложных ценностей, где между либерализмом и гуманизмом они заблудились, выставляют фашистами. Это хорошо показано: только разговор двух умеренных либералов считается ими приличным, все, кто выходит за рамки этого дискурса, признаются фашистами. Мне кажется, они высмеяли самих себя и показали, что их путь — тупик.

 

На самом деле, они не понимают, что их идеология — химера. Борясь с последствиями, они погрязли в причинах и сами стали разносчиками той идеологии, которую критикуют. Либеральная идеология, которая не развивает личность человека, а низводит его до уровня скота, их поработила. Их цель — не Бог, не вечность, не жизнь во имя этого, а стремление удовлетворить плоть. Их главная ценность — свобода, ничем не ограниченная, свобода делать грех, свобода матери убивать своего ребенка, свобода загрязнять природу, свобода кощунника осквернять святыни".

 

В конце октября пожаловаться в прокуратуру на выставку Чепменов в пообещали "казаки" — подписанты скандального письма против спектакля "Лолита" в театре Эрарта (подробнее об этом — в материале "Как казаки "Лолиту" запретили") Денис Горчин, Анна Дегова, Сергей Исаев и Дмитрий Дыгерн.

 

"Просим обратить так же внимание на выставку в Эрмитаже, где несколько раз используется свастика. Братья Чапмены делают то же что и Гельман. Просим Пиотровского одуматься. И на Эрмитаж найдется прокуратура и официальное казачество...", — говорится в письме "казаков" (орфография сохранена). Тогда журналисты не смогли разыскать никого из указанных в письме лиц.

 

Паблик Пост

Редактор сайта и автор справочных материалов - Анна Бражкина. annabrazhkina.com